В конце февраля в лес ушли сфинксы. Смахивая рукой катящийся по лбу горячечный пот, Михаил с котятами часами торчал у окна, выглядывая Рекса с Зеной и переживая, не замёрзнут ли лысые подопечные в своих меховых костюмах, сшитых Галиной. Зена пришла через шесть дней, ещё через неделю вернулся второй поганец, скинувший за время отсутствия пять килограммов. За зиму кот успел раскабанеть до двух пудов и ещё на пару сантиметров приподняться в холке. Гадёныш вернулся не один, приведя за собой рыже-пятнистую подругу с коротким хвостом. Рысь поселилась на уцелевшей после пожара даче в ста метрах от поместья, и Рекс через день уходил охотиться на зайцев, таская их самке, благо длинноухие во множественном числе развелись за ручьём у кузни, где косые пробавлялись корой и складированными запасами сена.

— Ну, кошачий папа, — смеялся Мирошкин, подкалывая Михаила, — когда ждать прибавления в семействе? Твоя Зена ещё гнездо под кроватью не вьёт?

— Шутник, ты что-нибудь о боевом искусстве «за-ши-бу» слыхал? Дошутишься, когда-нибудь я на тебе его испробую, — отмахивался Михаил, матерясь в душе. Если кошки продолжат размножаться с той же скоростью, через год люди их не прокормят.

Глава 10 Шанс на выживание

Глава 10 Шанс на выживание

Глава 10.

Шанс на выживание

— Миша? — тонкие, но невероятно сильные пальцы супруги будто широкие жёлтые зубы лошади ухватили и сжали плечо Михаила, заставив того поморщиться от боли.

— Т-с-с-с

— Миша, что происходит⁈ — мёртвая хватка клещей разжалась, Татьяна шагнула к тряпичной куче. Мужчине пришлось перехватить за пояс свою изрядно нервничающую нежную половину, чтобы не дать ей выхватить дочь из «гнезда», где малышка, замерев слюнявым истуканчиком, играла в странные гляделки с котятами, которые первый раз в жизни открыли глаза.

— Тихо, — прошипел Михаил.

— Мяу, — протяжно, с какой-то вопрошающей интонацией, мяукнула вошедшая в комнату Зена.

Мяуканье кошки стало своеобразным сигналом Арише и котятам. Квартет, состоящий из трёх кошачьих и одного человеческого отпрысков, синхронно вздрогнул, разорвав нити взглядов, которые до этого прочно связывали всех членов четвёрки. Услыхав мать, котята тонко замяукали, а Аришка повернулась к родителям, весело угукнув, она расплылась в радостной улыбке и протянула к ним ручки.

— Ма, ня! Ня! — поднявшись на ножки, залепетала кроха.

Михаил разжал объятия. Вовремя, иначе Татьяна, невесть что накрутившая себе в голове, походя снесла бы его или затоптала на месте. Подхватив ненаглядное чадо, она прижала дочь к груди так, словно пыталась схоронить и оградить её разом от всех бед и напастей жестокого мира. Протяни кто руки к её смеющемуся сокровищу, их бы вырвали из плеч, впрочем, Михаил и сейчас не исключал подобного сценария, уж больно плотоядно поглядывала на него жена, записав супруга если не во враги, то в разряд подозрительных личностей однозначно. Что ж, тогда тем более назрело время объяснения своему поведению, иначе не избежать плача сковороды по его голове.