Потуже завязав горловину, я отложил мешочек в сторону и взял второй. Когда я высыпал содержимое, стол украсили разноцветные отблески драгоценных камней. Изумруды, рубины, сапфиры, несколько кусочков аметиста и даже пара редких желтых топазов. Камни были не слишком крупными, но их ценность заключалась не в размере, а в том, что они могли удерживать энергию. Эти накопители использовались в автоматонах, магических инструментах и даже оружии, включая крепостное. От того, что я увидел у меня задергался глаз. Это настоящий приз за который можно рискнуть головой. Даже на мой дилетантский взгляд здесь было камней в серебре тысяч на пять. Узнай, что у меня такое богатство, то за мной начнется охота.

Я сжал в пальцах одну из нефритовых монет, ощущая е прохладную поверхность. Теперь самый важный вопрос, как сохранить все эти деньги и за одно голову.

И как отчитаться в гильдию? Стоит рассказать про второй мешочек и никто не подумает со мной миндальничать. Нож в печень, а тело в канаву. Парень не справился с заданием.

Амулет и документы я не мог отдать, сделка есть сделка. Значит гильдия узнает лишь о монетах и жемчуге. Солидный улов даже для опытного мастера вора.

Я откинулся на спинку стула и на мгновение прикрыл глаза. Времени на раздумья было немного, но один факт оставался неизменным: мне нужно было действовать. И действовать быстро.

Спустившись в общий зал, я сразу обратил внимание на перемену. Вместо бармена за стойкой стояла она — старая хозяйка заведения. Ее лицо было добрым, морщины мягкими, а улыбка — приветственной. Любой посторонний принял бы е за заботливую бабушку, что держит трактир для путников. Но я знал правду.

Лишь единицы понимали, что эта женщина стальной рукой управляет тремя крупнейшими тонгами Нижнего города: Лунолицыми, Тенью Осеннего Листа и Багровыми Кулаками. Она не проявляла власти открыто, но каждый, кто знал хоть что-то о здешних делах, понимал, что без ее ведома в городе не происходило ничего. Наставник ее уважал, а она его приглашая на чай каждую неделю.

Я сделал вежливый поклон, не забывая, кто передо мной. Ее улыбка стала шире, в глазах мелькнул теплый свет.

— Ах, Фэн Лао, — она чуть покачала головой, оглядывая меня с ног до головы. — Ты все еще жив. Хороший знак. Небо тебя любит.

— Благодарю за гостеприимство, уважаемая, — ответил я, сохраняя почтительный тон.

Она кивнула, поднося к губам чашку с чаем.

— Твой наставник был бы рад это слышать. Он всегда говорил, что ты знаешь, когда говорить, а когда молчать. Хорошее качество. Полезное.

Я ничего не ответил. Это был один из тех моментов, когда молчание говорило больше слов.