— Это тётка Исабель сказала, что если засохнет, потом не отстирать, вот и… А потом просушила утюгом, — невольно краснея, стушевался жизнерадостный балагур.

Исабель сорокапятилетняя женщина, старшая медсестра фельдшерского пункта, с Ритой с самого её прибытия в Никарагуа. В ходе войны она потеряла мужа и двоих детей. Побила её жизнь изрядно, и когда казалось, что выхода больше нет, рядом с ней появилась Шапина. Молодой фельдшер пригляделась к женщине и начала обучать сестринскому делу. А потом как-то так получилось, что никарагуанка превратилась в самую настоящую дуэнью подруги Нестерова.

— Ну, поздравляю, Тимур, — хмыкнул Виктор. — Коль скоро Исабель тебя приняла, это, считай, две трети успеха.

— А Маргарита Ивановна об этом знает? — поинтересовался радист.

— Предлагаешь нам с Исабель сделать за тебя всю работу?

— Сам управлюсь, — буркнул радист.

— Очень надеюсь. Что там, в медпункте, пострадавших много?

— Точно не знаю, но вроде бы подняли одного убитого и двух тяжёлых, шестеро ранены, госпитализированных нет.

— Ну, в этот раз по-божески. Можешь идти.

— Есть.

Виктор поправил ремень «Горки» на плече, глянул на солнце, склоняющееся к закату, и направился в сторону своей палатки. Время до ужина есть, так отчего бы не сходить на стрельбище. Сегодня это для него едва ли не единственный источник опыта. За прошедший год с лишним, что он находится на строительстве канала, чаще подвергался обстрелам, чем сам стрелял в ответ.

Снимать бронежилет не стал, предпочитая носить защиту постоянно. Случалось, что на том берегу появлялись снайперы одиночки, предпочитавшие отстреливать зазевавшихся военных. Эта броня серьёзно отличалась от кустарных поделок Виктора, которые он пользовал прежде. При весе в четырнадцать кило его бронепластины гарантированно держали винтовочную пулю с четырёхсот метров. Тяжёлый, не без того, но в общем и целом это неудобство стоило того, чтобы с ним мириться.

Не стал расставаться и с «Горкой», предпочитая иметь винтовку под рукой. В дополнение к ней подхватил трофейный помповик «Браунинг», набросил на плечо два патронташа по полсотни патронов и вышел из палатки.

— Сидор Матвеевич, — окликнул он своего зама.

— Я, товарищ поручик, — отозвался старший унтер.

— Схожу постреляю, остаёшься первым после бога.

— Есть.

Всего-то семь минут по хорошо натоптанной тропе, и он вышел на стрельбище. Между прочим, хорошо оборудованное. Тут и обычные мишени, и падающие, устроенные из броневой стали, вырезанной из сгоревших танков. Компания заботилась о своих работниках. Правда, при этом не забывала и о собственной прибыли. Аренда огневого рубежа, мишени и боеприпасы были достаточно дешёвыми, зато пользовались спросом.