Занята до́бычей, скажем так.

Память реально оживала и расцветала. И это не могло не радовать.

В общем, молоденькая девушка из регистратуры в белом халатике поднялась ко мне, как и обещал врач. В руках у неё была тонкая картонная папка с бумагами и обычная синяя шариковая ручка. Она вежливо поздоровалась, положила всё на тумбочку и коротко объяснила, что это документы на перевод в платную палату — о чём мы договорились с Иваном Николаевичем, после чего тактично отошла в сторону, не торопя меня.

Я открыла папку и принялась читать от первой страницы до последней. Старая, въевшаяся в кровь привычка, которую не отшибла никакая увесистая штука по темени. Любой документ сначала нужно внимательно изучить, а уже потом ставить подпись. Особенно, то, что мелким шрифтом под звёздочками. Я медленно прошлась по каждому пункту, проверила сумму за сутки, перечень входящих услуг, порядок оплаты, условия расторжения, ответственность сторон. Несколько раз возвращалась назад, перечитывая формулировки, которые показались слишком общими. Всё оказалось чинно, без подвохов, без неприятных сюрпризов. Самый обычный договор на оказание медицинских услуг. Оставалось расписаться.

С этим вышло неожиданно сложнее.

Свою новую-старую подпись я подсмотрела в паспорте, который лежал в пакете с моими вещами. Несколько минут украдкой тренировалась на чистом листе, стараясь повторить изгибы и наклон букв. Получалось не сразу. Пальцы ещё плохо слушались, кисть быстро уставала, линия то дрожала, то неожиданно уходила в сторону. Лишь с третьей попытки я рискнула поставить подпись на самом бланке. Она вышла не такой уверенной, как в паспорте, буквы слегка поплыли, последний росчерк оказался короче нужного, но в целом выглядело вполне правдоподобно. Для человека, с такой травмой, как у меня, две недели пролежавшего без сознания, наверное, даже слишком неплохо.

Девушка быстро просмотрела документы, удовлетворённо кивнула и забрала папку.

— Вечером вас переведут, — сказала она с лёгкой улыбкой.

Ждать пришлось недолго.

Уже позже вечером пришли две медсестры, помогли мне подняться с кровати и медленно проводили по тихому коридору, прихватив мои пожитки. Не сильно придерживали меня, но, положа руку на сердце, голова ещё временами кружилась, ноги быстро наливались неприятной слабостью, поэтому приходилось двигаться медленно, с концентрацией. Палата находилась не так далеко, но этот короткий путь показался длиннее, чем хотелось.

Когда дверь открылась, я невольно улыбнулась.,.

Одноместная палата оказалась маленьким тихим раем после общей. Небольшая, но светлая и аккуратная. Одна кровать — нормальная, с человеческим матрасом, а не с той пыточной тоненькой «прокладкой ». Светлая тумбочка выглядела новой, без сколов и облезшей кромки. Возле окна стояло удобное кресло для посетителей, а рядом — небольшой столик, на который можно было спокойно поставить ноутбук или разложить бумаги.