Дверь командного пункта была заперта, но когти Птера разорвали металл как фольгу.

Правда дальше внучке пришлось с него спрыгнуть и войти внутрь уже на своих двоих.

Внутри мы обнаружили дюжину офицеров Штайгеров, склонившихся над пультами управления. На главном экране отображалась схема крепости. Красные точки означали активные оборонительные системы.

— Руки вверх! — рявкнула Ольга, эффетно врываясь с клинком наперевес.

Свою «шпалу» она вновь вернула в разумные размеры, но выглядеть менее грозно от этого не стала.

Офицеры замерли. Один из них, полковник судя по знакам различия, медленно повернулся к нам.

— Рихтеры, — произнёс он с плохо скрываемым страхом. — Вы не сможете взять крепость. Система заблокирована.

Сопротивляться боем они даже не пытались, но смелость, чтобы попытаться с нами спорить, он откуда-то всё-таки нашёл.

— А вот и посмотрим, — усмехнулась Ольга, подходя к дежурному офицеру за главным пультом. — Ты! Лейтенант! Открывай купол и ворота. Сейчас же!

— Я… я не могу, — пролепетал молодой офицер. — Это приказ полковника…

Ольга взглянула на него с такой улыбкой, что у парня подкосились ноги.

— А теперь это приказ Рихтеров. — хищно улыбнувшись сказала она. — А ты не забыл, кто такие Рихтеры? Ты всё равно сейчас нажмёшь нужные кнопки. Живой или мёртвый.

Руки дежурного задрожали над клавиатурой. Через секунды красные точки на экране начали гаснуть одна за другой.

Я усмехнулся. Кажется, я воспитал монстра. Но глупо было бы отрицать, что мне это нравится. Без жёсткости в этом мире никак. И хорошо, что Ольга отлично это понимает.

— Все системы отключены, — прошептал лейтенант. — Купол поднимается, ворота открываются.

Снаружи раздался торжествующий рык Сэра Костиуса. Дракон уже поджидал момента, когда сможет присоединиться к развлечению. Хотя делать ему уже здесь особенно нечего.

Зато Виктор с Каролиной подоспели как нельзя вовремя.

Молодёжь посчалась следом за нами сразу после битвы в Турме. И теперь врывалась в открытые ворота форта как лавина.

Каролина и Виктор ворвались внутри первыми, за ними неслась вся их группа. Химеры-кони рассыпались по территории крепости, всадники спрыгивали с сёдел и врывались в здания.

Молодые кавалеристы действовали быстро и чётко, как хорошо отлаженный механизм. Они прочёсывали казармы, склады, оружейные, выуживая прятавшихся штурмовиков и техников.

— Здесь чисто! — кричал кто-то.

— Тут тоже! — отзывался другой голос.

— В арсенале двое сдались! — докладывал третий.

Сопротивление было разрозненным и слабым. Основные силы гарнизона действительно ушли с подкреплением, а оставшиеся не горели желанием умирать за форт, который уже фактически пал.