Алисины пальцы вцепились в локоть Птицына с такой силой, что наверняка останутся синяки. Если б не довольно плотный материал рукава — пожалуй, и до крови бы продавила, без всяких когтей. Валерке, впрочем, было не до боли в локте. Судя по тому, в каком ужасе девчонка, этот Юрий — неприятный противник, и лисица очень, очень боится этой драки.

— Ммм, господин Юрий, я понимаю ваше возмущение, — покивала Мирослава. Глаза яломиште загорелись предвкушением, как только он это услышал, но тут же погасли, когда русалка продолжила. — Однако мне кажется, вы и сами забыли об одной мелочи. У нас ведь цивилизованное общество. Все мы уважаем силу, однако что с нами будет, если мы забудем о законе? Закон, между тем, утверждает, что вы не можете бросить вызов кому бы то ни было только оттого, что он вам не нравится. И вы сами отказались называть причину вашей неприязни к господину Птицыну.

«Князем меня, тем не менее, больше не называют, — мысленно поморщился Валерка. — Представление явно не закончилось, только яломиште тут, очевидно, не режиссёр, а только один из главных актёров. О чём теперь этот идиот начинает догадываться».

— Что ж, я могу всё-таки рассказать о тех крайне неприглядных поступках…

— Не стоит, господин Юрий, — мягко улыбнулась Тихомира, — если это действительно нечто настолько неприглядное, нужно ли портить гостям настроение? Однако обвинения брошены, и не доверять вашим словам у нас также нет оснований. Что же нам делать? — оглядела гостей этак вопросительно, будто ожидая помощи.

— Ритуал утверждения власти, Тихомира, — громко напомнила кикимора. — Вы, люди, любите называть разные вещи древними, а потом забывать о них, даже если они хорошо работают. Между тем, ритуал утверждения власти как раз для того и придуман, чтобы легко избавляться от сомнений.

Вот теперь тишина оказалась нарушена — ещё как! Присутствующие с таким энтузиазмом принялись обсуждать слова кикиморы, гул разговоров заглушил даже испуганный Алисин крик. Похоже, этот ритуал штука хорошо известная, пусть и редко используемая. Птицын даже поймал несколько по-настоящему сочувственных взглядов из толпы, отчего стало совсем кисло. Видно, не всё с этим ритуалом просто.

— А ведь это действительно отличная мысль, дорогая Лима! — обрадовалась тем временем Тихомира. — В самом деле, как мы могли забыть? Господин Птицын, как вы смотрите на то, чтобы развеять сомнения общества? Это было бы идеальным вариантом!

«Мне совершенно плевать на сомнения общества!», — хотел крикнуть Птицын. За него тут, похоже, всё решили. Начнёт сопротивляться, придумают, как заставить. Вежливо, конечно же.