Были и пожары, и разорванные коммуникации. Машинам, оставшимся на улицах, пришёл кирдык — они были смяты и искорёжены, некоторые выглядели, будто ими в футбол играли. В нескольких местах я видел разрывы трубопроводов с водой.

Но в целом город вполне можно было восстановить, а не отстраивать заново. Но, конечно, самое главное — выжившие, которых я не могу прямо сейчас своими силами эвакуировать.

А значит, пройтись здесь Тьмой и огнём не получится. В самом городе придётся зачищать по-старинке.

ㅤ

— Артём, слушай, мне тут одна мысль в голову пришла, пока мы летали… — Аня, спустившись с Лавы, не спешила уходить. — Мы можем сейчас поговорить один на один?

— Это срочно? — удивился я.

— Это срочно, — серьёзно кивнула принцесса.

— Тогда давай поднимемся в кафетерий, там и поговорим, — предложил я.

Аня не дурочка, наоборот, очень умная девушка. И прекрасно должна понимать, когда время и место, и для каких разговоров. Раз говорит, что надо здесь и сейчас — значит и правда надо.

Но стоило нам ступить на лестницу, ведущую наверх, как к нам подбежала Ариэль.

— Артём, слушай, надо срочно поговорить…

— И тебе тоже? — приподнял я бровь. — Вы друг другу не помешаете?

— Нет, конечно! — инферна даже удивилась. — Мне Аня точно не помешает. Я про пирамиду поговорить хочу.

— И я тоже, — кивнула Аня.

— Пошли уже, — вздохнул я.

Прямо заговор какой-то! Что там такое с пирамидой, что они обе решили со мной это обсудить?

Мы выбрали столик у окна, чтобы следить за обстановкой на площади. Наши благополучно отгоняли монстров, пантеры тоже развлекались, играя тварями помельче в лапту. В общем, всё под контролем. Ярик скоро подойдёт, и сейчас у меня действительно есть немного времени.

— Я тут подумала… — первой начала Аня. — Не надо пока весь периметр переделывать.

— Почему? — не понял я. — Это же… Сорок пирамид, в каждой каждую неделю жертвоприношение! Это две тысячи жертв в год только в этих сорока пирамидах периметра! А сколько их всего? Толик сказал тысячу триста с чем-то! Это… Это население небольшого городка ежегодно!

— Это чудовищно, — Аня примирительно положила ладонь поверх моей, — но подумай вот о чём. У ацтеков религиозное государство. Они на самом деле верят в своего бога, и фокусами с артефактами ты их веру не разрушишь. Но хуже другое. У них государство и религия — это одно и то же. Императора жрецы утверждают, понимаешь? Истинная власть — у жрецов. И ты хочешь взять её и подорвать. Да это всё равно что попытка государственного переворота!

— Ты не понимаешь…

— Я понимаю! — принцесса даже чуть повысила голос. — Ты знаешь, видишь и чувствуешь больше нас. Ты постоянно оперируешь душами, для тебя это не что-то эфемерное, а вполне реальные вещи! Но если изменение работы одной пирамиды можно списать на требования ситуации, то перестройка всей системы — это подрыв государственных устоев! Да, ацтеки с нами вроде как в состоянии войны. Вроде как — потому что ни одного выстрела не прозвучало, воюют они пока что только на словах. Ты хочешь сделать эту войну реальной?