Именно с этой мыслью, он открыл двери гардеробной комнаты, и глядя на висевшие рядами мундиры различного назначения и вида, тяжело вздохнул.

В Большом, издавна повелось, что штатские появлялись во фраках, а офицеры в «парадном вне строя» что для Николая означало лазоревый мундир с кинжалом на поясе, фуражку с белым околышем, и ало-красным двуглавым орлом на кокарде.

Ещё считалось хорошим тоном чисто выбриться уже перед самим вечером, так как колоть даму щетиной, было не comme il faut28. Ну и совсем не лишим было принять ванну, чтобы не благоухать на весь зал немытым телом, так что всё это, и водные процедуры и прочее отняли у Николая два часа, по истечении которых он был вполне готов и к спектаклю, и к продолжению банкета в любой форме.

Алея румянцем, Елена — горничная из новеньких, помогавшая ему одеться подала шинель, и мило прикусив нижнюю губу поклонилась, сделав книксен.

Российская империя, Москва, Большой театр

Сегодня в Большом давали Лебедей, вместе с озером, но Николай, который более чем спокойно относился к балету, все равно не стал опаздывать к началу, и поднялся в ложу перед третьим звонком, отдавая уважение актёрам и режиссеру.

Но как ни странно, благодаря невероятной пластике примы Романовой, князь увлёкся балетом, и провел первый акт с относительным удовольствием.

Поскольку у Анастасии был очередной бурный роман, Николай не стал подходить в антракте ограничившись букетом белоснежных роз, среди которых была одна алая.

Настя, зная, от кого мог прийти такой букет, подхватила его из рук служителя, и неожиданно сделала балетный поклон, что ещё более распалило публику, которая и так устроила настоящую овацию.

Несмотря на то, что Николай имел в свете репутацию законченного буки, и нелюдимого дикаря, за ним внимательно следил не один десяток девичьих и женских взглядов, и когда в ложе появился служитель, важный словно церемониймейстер двора, многие, очень многие предвкушающе вздохнули. Судя по алому цвету ливреи, лакей был из личной, их императорских величеств ложи, располагавшейся прямо по центру зала, рядом с директорской ложей оккупированной театральной публикой, и ложей Академии Наук, где появлялась публике научная элита империи.

Сегодня в императорской ложе была вся царская семья, включая дядю царя — Великого князя Олега и сестру императрицы, Антонину бывшую замужем за князем Бабичевым — бессменным товарищем главы коллегии Просвещения. Как и все гражданские чиновники князь был в мундире гражданской службы, который по сути ничем не отличался от фрака, кроме эполет согласно рангу, ну и орденов, какие удалось выслужить.