— Я ведь предупреждал, — укоризненно напомнил Себастиан.

Удерживая оба извивающихся отростка одной рукой, второй он извлек из-под плаща маленький кожаный мешочек, зубами потянул шнурок и коротко дунул внутрь. Облачко серебристо-серой пыльцы окутало стебель и осело на пятнистых листьях и самом цветке. Эффект наступил мгновенно. Саррацения задрожала, отростки в руках Себастиана обмякли и посерели, по стеблю снизу вверх побежали мутные стеклянистые пятна, бутон съежился, потрескался и осыпался внутрь себя с сухим шелестом. Через десяток ударов сердца на месте здоровенного хищного растения остался только оплывший серый холмик, похожий на кучку грязного белья под дождем.

Охранник застыл. Ленивое презрение слетело с его лица, уступив место откровенному ужасу, и он даже отступил на шаг от серого холмика, словно тот мог броситься следом. В каком-то смысле он и правда двигался — стеклянная плесень медленно ползла по земле в сторону других растений.

— Что… что ты сделал⁈

— Я же предупреждал, — терпеливо повторил Себастиан, отряхивая перчатки. — Дважды, между прочим. Это стеклянная гниль, споры одного милейшего грибка со Стеклянных равнин. В Землях Ушедших она за ночь сожрала на моих глазах целую рощу деревьев, каждое из которых было раз в двадцать крупнее твоего цветочка. Я тогда не поленился и собрал немного на память. Знал, что пригодится.

— Ее нужно остановить!

— Боюсь, уже слишком поздно. Гниль ушла в корни, а по корням и под землей она расползается быстрее, чем по листьям. К вечеру от этого чудесного сада останутся лишь серые кучки ни на что не годных удобрений.

— Но уже вечер!

— Вот именно, — не скрывая удовольствия, кивнул истребитель. — Плесень действует очень быстро. Хотя, возможно, уцелеет пара самых удачливых кустов у дальней ограды. Мой совет: не трогайте ее голыми руками и не жгите, от огня споры разлетаются по воздуху.

Дроу перевел взгляд с холмика на дорожку, где у самой белой крошки уже начинал сереть краешек соседнего стебля, и выдал длинную фразу на родном языке. Себастиан темноэльфийским владел скверно, но общий смысл уловил без словаря.

— И вам не кашлять, — вежливо кивнул он. — Так мы идем к хозяину или подождем, пока сад дозреет?

Дальнейший путь до крыльца они проделали заметно быстрее.

Элькатар Алеа’нэт ждал их на верхней ступени мраморной лестницы, и стало понятно, что за представлением в саду он наблюдал от начала и до конца. Высокий, темноволосый, смуглокожий, в длинном темно-зеленом одеянии с серебряной вышивкой, он держался с безупречной прямотой существа, которое смотрело свысока на дедов нынешних аристократов и собирается пережить их правнуков. Красивое узкое лицо не выражало ровным счетом ничего, и только в глубине янтарных глаз тлело холодное бешенство.