Себастиан аккуратно сложил листы обратно.

— И тогда мы уехали ночью в сопровождении лишь нескольких личных охранников.

— В ту же ночь. — Дядя смотрел мимо него, в темное окно. — Я приехал в дом слишком поздно, вы уже собирались. Я просил Сюзанну подождать хотя бы до утра, я предлагал деньги, лошадей, своих людей. Она сказала, что через три дня тебя заберут, а значит, времени нет. И если уж вам не предоставили официальной защиты, то лучше им выдвигаться небольшим отрядом, чтобы не привлекать лишнего внимания.

— Вы должны были ехать с нами?

— Должен был. — Эдмунд произнес это ровно и без всякой попытки оправдаться. — Но я остался разбираться с домом, городским советом и кредиторами, которые набежали в тот же день. Знаешь, сколько раз я думал, был бы хоть какой-то толк от меня на той дороге? Я слабый маг, Себастиан. Меня бы просто убили седьмым. Умом я это понимаю, но совесть не успокаивается.

Некоторое время в кабинете было слышно только дождь, методично бьющийся в окно.

— Последний вопрос, — произнес Себастиан. — Маршрут и время выезда выбирали в доме, накануне вечером. Кто присутствовал при этой беседе?

— Зачем тебе?

— Дядя.

Эдмунд потер лицо ладонями и начал перечислять, загибая пальцы.

— Мы с Вивьен. Солдрин, он приехал днем и остался. Погибший при атаке на вашу карету глава охраны Брандт, дворецкий Голдвин, он умер через два года. Кухарка и две горничные, все из старых, все служили при Генрихе, и в живых осталась только старушка Агата. Днем заезжал Норбер де Стард с соболезнованиями и сидел недолго, минут двадцать. И с ним была Алана.

— Алана?

— Она приезжала оба дня. Сидела с Лианой, та ее очень любила. — Эдмунд пожал плечами. — Девочка была в невменяемом состоянии от горя, и Сюзанне нужен был хоть кто-то, чтобы ей помочь. Алана оставалась допоздна, помогала собирать вещи. Вот, собственно, и все.

Себастиан кивнул и поднялся.

Десять человек, из которых пятеро уже мертвы, а остальные живут в этом городе и чувствуют себя вполне комфортно. Что ж, как минимум, половину из подозреваемых можно допросить, это уже неплохо.

— Себастиан. — Эдмунд остановил его уже у двери. — Ты ведь понимаешь, к чему ведут твои вопросы.

— Я же их задаю, — логично ответил истребитель.

— Вот и я понимаю. Я это понял на четвертый месяц, когда мне в двадцатый раз ответили, что дознание приостановлено. Кто-то из городского совета причастен к смерти Сюзанны и Лианы, они решили воспользоваться смертью Генриха и ослабить нашу семью. А значит, этот кто-то точно имел выход на Чёрных Собирателей.

— Разберёмся, — хмуро ответил Себастиан. — Уверен, я найду всех причастных. — Он внимательно посмотрел на дядю. — И абсолютно каждого из них заставлю заплатить жизнью.