ельник, воздух здесь был густым от смолы и хвои. Птицы перекликались высоко в кронах, а под ногами мягко пружинил мох. Вскоре деревья расступились, и перед ним открылось озеро — гладкое, зеркальное, с водой такой прозрачной, что видно было каждый камешек на дне. Ярко подошёл к берегу, поставил вёдра и наклонился, чтобы зачерпнуть воды. И тут он замер. На большом плоском камне у самой воды сидела девушка. Русалка. Она была прекрасна: длинные серебристые волосы струились по плечам и спине, глаза — большие, тёмные, с поволокой, губы — алые, «уста сахарные», как говорили в деревне. Кожа блестела, будто покрыта капельками росы, а плечи и руки были обнажены. — О, добрый молодец, — пропела она мелодично, чуть склонив голову. — Погрей меня, согрей… Вода холодная, а я замёрзла… Подойди ближе, дай руку… Голос её обволакивал, лился, как мёд, затуманивал мысли. Ярко почувствовал, как ноги сами делают шаг вперёд, потом ещё один. В голове шумело, сердце билось чаще. Он уже поднял руку, готовясь протянуть её русалке, как вдруг что‑то мягкое и тяжёлое шлёпнулось ему на плечо. — Ну‑ну, — раздался ехидный голос серого кота. — Куда это мы? За русалками бегать? Ярко вздрогнул и очнулся. Взгляд его прояснился. Он отшатнулся от берега, тяжело дыша. — Она… она звала меня, — прошептал он. Кот фыркнул, спрыгнул на землю и потёрся о его ногу. — Звала, конечно. А потом утянула бы на дно, да там и оставила. Русалки, они такие — красотой манят, а душой холодны. Ты что, Велимиры наставлений не помнишь? — Помню, — глухо ответил Ярко. — Не отвечай, если зовут. Не верь красоте без души. Он глубоко вдохнул, закрыл глаза на мгновение, потом открыл и посмотрел на русалку уже иначе. Теперь он видел то, чего не заметил сразу: под кожей девушки просвечивали чешуйки, пальцы на руках были слишком длинными, с едва заметными перепонками,в глазах — не тепло, а холодный блеск, как у рыбы, за спиной, под водой, шевелился длинный хвост, покрытый серебристой чешуёй. Русалка улыбнулась, обнажив острые зубки — но улыбка вышла неестественной, натянутой. — Что, разглядел? — прошипела она уже без прежней сладости. — И чего ж не пошёл? Слабо? — Нет, — твёрдо ответил Ярко. — Просто знаю теперь, кто ты. — Умнеешь, — донёсся из‑за деревьев голос Велимиры. Она стояла в тени елей, наблюдая. — И быстро. Ярко взял вёдра, зачерпнул воды — чистой, холодной, без всяких чар. — Идём, — сказал он коту. — Баня ждёт. Кот усмехнулся, потягиваясь: — Ну, парень, с каждым часом ты всё интереснее. Может, из тебя и правда что‑то