пропитана травами — можжевельником и полынью. Тот, кто её носил, пытался защититься от того, кого вызвал. Леший принюхался к лоскуту, его глаза расширились. — Он шёл на север, — уверенно сказал он. — К старому дубу, где корни выходят на поверхность. Там тропа раздваивается: одна ведёт к омуту русалок, другая — вглубь трясины. Кот, до этого лениво наблюдавший за происходящим, вдруг вскочил, выгнул спину и зашипел. — Там, — прошипел он, глядя в сторону леса, — там запах становится гуще. И ещё… я чую страх. Много страха. Кто бы это ни был, он заблудился и теперь мечется. Велимира сложила лоскут и спрятала в мешочек на поясе. — Значит, идём на север, — сказала она. Путь к старому дубу оказался ещё тяжелее. Туман теперь не просто стелился по земле — он обвивал ноги, цеплялся за одежду, будто пытался остановить. Деревья склонялись над тропой, их ветви сплетались в тёмный свод, сквозь который почти не пробивался свет. Ярко шёл следом за Велимирой, стараясь не отставать. Он чувствовал, как воздух становится тяжелее, а в груди нарастает странное ощущение — будто что‑то давит изнутри, шепчет: «Поверни назад. Остановись. Ты не справишься». — Не слушай, — вдруг сказала Велимира, не оборачиваясь. — Это лес проверяет тебя. Он чувствует, что ты чужой ему, и хочет узнать, достоин ли ты пройти дальше. Держись за мой голос. — А если что‑то нападёт? — спросил Ярко, оглядываясь по сторонам. — Лес не нападёт на того, кто идёт со мной, — ответила ведунья. — Звери меня знают, духи помнят. Но есть иные силы — те, что не любят, когда их тайны раскрывают. Тени, что прячутся в тумане. Голоса, что шепчут в ветре. Вот чего стоит бояться. Кот прыгнул на плечо юноши, тихо мурлыкнул: — И ещё слушай меня. Я чую не только зверей. Я чую следы магии, гниль на коре, шёпот старых камней. Если что‑то пойдёт не так — я предупрежу. Вскоре они вышли к старому дубу. Его корни, толстые и узловатые, выпирали из земли, образуя причудливые арки. На одном из корней лежал ещё один клочок ткани — точно такой же, как первый. Рядом виднелся свежий след — глубокий отпечаток ботинка, а вокруг него — странные отметины, будто кто‑то волочил что‑то тяжёлое. — Здесь он остановился, — сказал леший, присаживаясь на корточки. — И что‑то тащил. Что‑то большое. Велимира провела рукой над следом. — Кровь, — коротко сказала она. — Свежая. Тот, кто был здесь, ранен. И он унёс что‑то с капища. Что‑то важное. Ярко пригляделся. Между корнями мелькнуло что‑то блестящее. Он осторожно наклонился и поднял небольшой предмет. Это