На то было несколько причин. В частности, он единственный умел хорошо обращаться с разными видами оружия, а рядом с поместьем Советника имелась очень удобная позиция для снайпера. С которой, к тому же, можно очень быстро прийти нам на помощь, если потребуется.
Непосредственно внутрь я решил лезть сам. Не только потому, что заварил эту кашу и подсознательно хотел сам разрулить ситуацию. Просто только я, благодаря своему биотеку, мог отслеживать перемещение охраны, быстро вырубать «Атласов» или ломать систему защиты.
Да, это оставило бы кучу следов — но признаюсь честно, меньше всего меня волновало, что меня смогут отследить. Для себя я уже твёрдо решил, что если всё сложится удачно, мы выживем и добудем для Ирио чёртов артефакт — сразу же свалим с планеты.
Конечно, если он не грохнет нас раньше, но я собирался приложить для этого все силы…
Тем не менее, светить собственные лица и инфоматрицы мы не собирались. Плодить риски не стоило, так что мы с Йеном вновь связались с Аластором и, фактически, «выкупили» его на двое суток за бешеные деньги, велев разработать для нас двоих поддельные личности. Такие же, какую он сделал мне в самом начале нашего знакомства.
А вот Элли такая была не нужна — она и так должна была перевоплотиться в другого человека по ходу действия.
Пока Йен возился с оружием, мы с девушкой занялись разработкой и печатью масок — органический принтер у нас имелся, так что сложностей с этим не возникло. Потом переключились на оружие, технические примочки, настройки спутников и прочее, прочее, прочее…
Когда день закончился, и ночь накрыла Высокий город, Йен подошёл ко мне.
— Есть минутка?
— Конечно, — я отложил моток с искусственной кожей, — В чём дело?
— Выйдем на улицу, — он подхватил со своего стола сумку, — Хочу кое-что тебе показать.
Я последовал за ним. Элли, вымотавшаяся за последние дни не меньше нашего, тихо спала на диване, накрывшись моей курткой.
На лифте мы поднялись на крышу здания, где не было никаких камер наблюдения, и никто не мог нас увидеть. На улице стояла полная тишина. Очень хорошо было видно звёзды — гораздо лучше, чем с поверхности планеты. Далеко на востоке поднимались Сейвал и Финвал — две луны, восходящие одна за другой. Финвал отливал золотистым, а его брат близнец — зеленоватым светом. Если приглядеться, модно было увидеть тоненькие цепочки колоний, раскинувшиеся по поверхностям спутников.
Йен, как и я, некоторое время молча рассматривал это впечатляющее зрелище. Наконец он заговорил.
— Я живу на Эдеме с самого рождения, вот уже двадцать лет, приятель. И всё никак не привыкну к этой красоте.