Йен вошёл в дом, снял одежду, и оставил ее у входа — там же, где и рюкзак с винтовкой.
— Эй, Ластор, я голоден! Есть что перекусить? Можешь потанцевать — я завалил целого гурана! — крикнул он, но ответа не дождался, и прошел на кухню. На плите стояла всё та же огромная кастрюля. Йен поднял крышку, и заглянул внутрь — внутри была похлёбка из последнего зайца, но уже изрядно остывшая. Чертыхаясь, парень разогрел плиту, и достал тарелку. Затем нарезал хлеб, и уже собрался подниматься на второй этаж, чтобы позвать старика, когда заметил на лестнице несколько осколков стекла.
— Что за…
Он услышал шорох за спиной, и резко обернулся. Увидев, кто стоит перед ним, Йен потерял дар речи, и упустил ценные мгновенья.
Незваным гостем был Матиас Бринг, фехтовальщик, занявший второе место на турнире во время Эдемского карнавала. И сейчас он целился в Йена из пистолета.
Де Райдо не успел активировать боевое умение своего биотека. Матиас нажал на спусковой крючок, и электронный заряд угодил Йену прямо в грудь, заставив его забиться в конвульсиях. Подойдя ближе, Ищейка выстрелил ещё раз, и его цель, корчась от невыносимой боли, потеряла сознание…
Часть 2. Глава 2
Алан
Магеллан. Четыре месяца после событий на Эдеме
Жизнь на Магеллане в корне отличалась от той, какую я вёл последние месяцы на Эдеме. Здесь всё было тихо, спокойно, и размеренно. Поначалу я никак не мог привыкнуть к этому, но постепенно втянулся, и перестал ходить, постоянно оглядываясь.
Отец категорически запретил покидать пределы планеты, пока Примархи не обсудят со мной произошедшее на Эдеме. Честно говоря, я думал, что это случится в течение нескольких недель, но время шло, а обо мне никто не вспоминал. Я не жаловался — переживать те воспоминания заново не хотелось, и пока меня не трогали, я мог спокойно приводить мысли в порядок.
Спустя несколько дней после моего возвращения, в Цитадель прибыли мать и сестра. Они не были в курсе происходящего со мной, но очень обрадовались, когда мы встретились. Оказалось, что когда я сбежал, отец решил, что подобные переживания женщинам ни к чему, и придумал историю о том, что меня отправили на реабилитацию на Эдем и нашли там дело, отстаивающее интересы семьи. И если мама через пару дней сама отстала от меня со своими расспросами о жизни там, то от Ариадны так просто отвязаться было невозможно — да мне этого и не хотелось.
Сестра вернулась на Магеллан ненадолго — всего на два с половиной месяца. Она училась в одном из лучших учебных заведений Империи в системе Лебедя, и недавно у неё как раз начались каникулы. Мы не виделись с малышкой Ари уже пару лет, и как выяснилось — ужасно соскучились друг по другу. Так что следующую пару недель только и делали, что болтали без умолку, и рассказывали о том, как нам жилось все это время.