— Немцы, американцы, не важно это все. Буржуи одним словом, — подытожил Пашка. — Я вот что думаю, а что, если на каждом адресе нас будут ждать такие трудности. Как мы сокровища то отыщем. Тут у нас издательства, куда с улицы хода нет.

— Почему хода нет? — встрял в разговор Славка. — А мы из тебя, Рыжий, писателя сделаем. Или поэта детского. Придешь ты в издательство со своими рукописями показывать серьезным людям, чем молодежь дышит. А мы вместе с тобой в качестве группы поддержки. Не могут же пионеры друга в сложном деле бросить одного. Вот тебе и первый вариант проникновения в Дом Зингера.

— Мысль хорошая. Если что так и поступим, — тут же поддержал я Славку. Скорее в шутку, чем всерьез, но Пашка тут же возмутился.

— Как это детский поэт? Какой из меня писатель? Да мне же чтобы прийти в редакцию надо правда что-то написать. Меня же сразу на смех поднимут. Что я им покажу то? Я же писать совсем не умею.

— Не переживай. У тебя будет пару дней на подготовку, — обнадежила его Катька.

Но Пашку это совсем не успокоило. Всю оставшуюся часть дороги до Дома Лебедя он возмущался и ворчал:

— Нашли тоже мне писателя. Да из меня писатель, как из Славки трубочист.

— А что из Славки хороший трубочист получится. Интеллигентный, — подтрунивала над Пашкой Катя.

Славка отчего-то покраснел.

Мы дошли до реки Мойки, перешли по мосту и продолжили пусть в сторону Адмиралтейства. Наконец мы оказались на месте.

По адресу Невский проспект дом четыре находилось дореволюционное пятиэтажное здание оливкового цвета в стиле классицизм. Ничего примечательного. Один из множества доходных домов.

Только на этом доме висела вывеска «Военно-топографический отдел Главного штаба».

Перед нами находился закрытый военный объект, куда попасть было еще сложнее чем в купол Дома Зингера.

Единственное доступное посетителям помещение находилось на первом этаже и это был книжный и писчебумажный магазин военной типографии.

— Итак, подводим предварительные итоги, — серьезно заявил я. — Второй адрес военный объект, куда просто так проникнуть мы не сможем. Тут вопрос намного сложнее и требует более тщательной проработки.

— Какая тут проработка? Тут карты военные чертят и печатаются. Секретный объект. Нас и на пушечный выстрел не подпустят, — возмутился Пашка. — Похоже, не видать нам золотых червонцев, как колец Сатурна. Другие ребята клад найдут, сдадут государству и их за это в газетах пропечатают. Опять же получат свои полагающиеся от государства проценты. Не судьба у нас.

— Что ты все панику наводишь, — сказал Славка. — Не подпустят, не найдем. Ты пионер или балаболка деревенская. Хватит разводить базар. Давайте лучше думать будем, как нам быть.