Не успел я обрадоваться, как впереди открылась дыра. Сука, едва не упал!

Пришлось перепрыгнуть еще пару впадин в полу, и, наконец, мы выбрались на открытое пространство — на мост, по краям которого зияла пропасть.

Как оказалось, до самого верха башни тянулся широкий вертикальный тоннель, вдоль которого извивалась широкая винтовая лестница, перемежающаяся мостиками.

Никаких ограждений у лестницы не было и в помине, а ступеньки настолько крутые, что по ним впору прыгать. Под нами распростерлась «шахта» глубиной, наверное, метров в двести, и снизу что-то шипело и грохотало.

А над нами — далеко наверху — я разглядел желеобразную мембрану, натянутую от стены до стены. Сквозь алые прожилки сверкали красные лучи.

По башне снова прокатилась дрожь, после чего пол дернулся, а мост медленно закрутился по часовой стрелке вместе со стеной.

— Вперед! — махнула рукой Амальгама и распростерла крылья.

Сверху вспыхнули молнии, и тут же ударились о щит, который вырос над головой нексонианки. Она зарычала и взмахнула рукой. Нити блеснули, а в пропасть полетело несколько шестируких монстров.

Из боковых коридоров высыпали еще трое зубастых — один с крыльями и двое вовсе без ног, зато с громадными хвостами. Все при оружии в четырех руках.

Первого я срубил на лету, а двое других змеюк запрыгали вокруг меня. Второму я раскроил черепушку, а третьего просто пнул ногой. Он выпустил оружие и с воем полетел в пропасть.

— Хозяин!

Под грохот заклинаний прыгнул на спину Амальгаме. Сверху на нас, готовя шаровые молнии к броску, ринулись безногие ящерицы.

Гама взмахнула крыльями и, понеслась вверх. Раскаленные добела нити плясали вокруг нее как путина. Монстры шипели и ревели, брызгала кровь, а мы поднимались все выше.

Враги все лезли под нити Гамы и мой сверкающий клинок. Бесполезно. Мы неслись все выше по «шахте», а клыкастое дурачье разило заклятиями друг друга.

Снова с мостов вспыхнули огни. Гама прыгнула на лестницу, и тут же ступени дрогнули, а затем обернулись ровной и скользкой поверхностью. Испуганно заревели стоящие на ней нексы, и мы все поехали вниз.

Когти заскрежетали по камню, а нити вцепились в мосты сверху и натянулись как струны. Я едва удержался, когда моя спутница взмахнула крыльями.

Прыг! — и мы как камень, пущенный из рогатки, устремились вверх — на самую вершину сужающейся башни, где подрагивала мембрана.

— Держитесь! — крикнула Амальгама, наращивая скорость.

Мы устремились прямо в мембрану, и я выставил вперед острие меча, опасаясь, что она мягкая лишь внешне.

Жижу мы пролетели со скоростью снаряда. Стоило нам оказаться на той стороне, как Гама закружилась в воздухе, и мы покатились по мягкому «полу».