Я выпустил когти и потянулся к сапогу, но, увы — лезвия оказались слишком короткими!

Больно, сука!

Из моей руки вырос клинок длинной в метр.

Взмах, и я выдохнул — натяжение резко пропало.

Морщась от боли, я поднялся. Затем вырвал меч из пола и, хромая, поплелся к краю.

— Гама! — крикнул я в пропасть.

— Хозяин…

В двадцати метрах внизу, в проходящей по центру башни широкой «шахте», сейчас раскинулась настоящая паутина нитей, а по середине гремучей карусели, напоминая кровожадную черную вдову, сидела Амальгама. Гидра, спутанная по рукам и ногам, издыхала у нее в «объятиях».

Мембрана внизу была разорвана в клочья и снизу непрекращающимся потоком лезли твари. Их были тысячи.

Еще ниже полыхал огненный шар — то, что осталось от второй половины гидры. Отскакивая от стенок тварь летела на дно гигантского «колодца».

— Теперь нам никто не помешает, — сказала Амальгама и подняла на меня глаза, горевшие двумя изумрудными фонарями.

Она довольно оскалилась и потянула последнюю оставшуюся голову гидры.

Позвонки захрустели, треснула обугленная плоть и башка с хлопком оторвалась.

— Вот он ваш трофей…

Гама подкинула голову на ладони и бросила мне.

— Ловите!

Башка завертелась в воздухе и полетела над моей головой. Я подскочил и выхватил меч.

Чирк! — и башка моего безымянного «братика» насадилась на острие, как вишенка на зубочистку, и съехала по клинку.

— Неро… — вырвалось из дрогнувшей пасти. — Мы же твоя семья, а ты…

Тварь раскрыла зубастый рот и начала дико кричать.

Жизненные силы монстра и мощь красной Сферы накрыли меня с головой, и от неожиданности, я едва не полетел вниз.

Мы пришли сюда за силой красной Сферы, вот и она. В его теле! И меч помогает мне ее вытягивать!

Я заскрипел зубами, а голова и тело чуть не лопнули от переизбытка энергии.

Черт, как же много в нем… всего!

Кроме моря энергии, еще и картинки, воспоминания, сцены сражений и знания! Все это кружилось в моей голове, грозя разорвать мой мозг. Как если бы множество кусков разбитого зеркала сунули мне в башку и еще принялись толочь пестиком!

Но оно есть, и это главное!

К концу «экзекуции» вой монстра перешел в визг, кожа стала усыхать, а потом съежилась как инжир. Вспыхнув голубым пламенем, голова затрещала и горела до тех пор, пока от нее не остался потрескавшийся оскаленный череп.

Я взмахнул мечом и сбросил гадость с почерневшего клинка. Череп ударился о платформу и рассыпался.

Да уж, я бы предпочел впитать Сферу по старинке — на старом-добром диване и при поддержки Гамы! А тут на тебе — занимайся таким «эспресс»-слиянием.

Голова просто трещала, словно чемодан, в который напихали всего да побольше, а потом уселись сверху, пытаясь закрыть замок.