— Уже бегу, рыбка моя, вот-вот Костя подгонит автомобиль! Спасибо, что ради меня готова расколоть подозреваемого в шпионаже в пользу Рейха!

— Ну ты… Придурок!

Герда отключилась и плюхнулась обратно на простыни.

Дурак, придурок, идиот! Но, сука, как слышишь этот голос в трубке, так сразу мурашки по коже, а внизу живота начинается легкое пока…

Герда ударила себя по щеке.

— Людвиг! — сказала она, и тень в углу, которая уже третий час смирно сидела на стуле, охотно поднялась на ноги и подошла к ее развороченной постели.

Молчаливый голем, который напоминал прошлого Людвига как две капли воды — даром, что этот был полностью лысым — сверкал голубыми глазами из темноты. Он был готов ей услужить во всем.

Герда скосили глаза на часы. Ладно, досыпать уже глупо — будильник уже у ее постели.

— Помоги мне добраться до ванной, а сам собирайся. Этот злополучный К. просто какая-то коробка с секретами.

* * *

— Омское метро, оно как кот Шрёдингера, ваше сиятельство, — послышался голос одного из ликвидаторов. — Оно одновременно и есть, и нету.

Следом разразился вал хохота, а я выбрался из полумрака дрезины. Смысл шутки остался мне не ясным.

Дрезина, конечно, была далеко не такой навороченной, как «Дикобраз» Яна Клавдиевича, но многого от нее и не требовалось. В тесноте туннелей особо не постреляешь, и пары пулеметов на носу и позади должно хватить за глаза. Кроме этого позади тягача прицепили вагончик, где расположились полсотни «хлопушек».

Я спрыгнул на рельсы и всмотрелся вперед. Въезд в метро еле проглядывался через пелену, скрывающую всю местность вокруг. Он походил на зев пещеры и в нее уходила колея, по которой нам предстояло проехать еще метров триста. Вторая команда под началом Жука готовилась заходить на вторую ветку со стороны станции «Комбинатская». Наша называлась «Сибирский проспект», и до нее еще предстояло преодолеть километр по колее.

Из дрезины раздавался треск рации — команды сливались в сплошную какофонию. Это еще подготовка, как сказал при прощании Зубр получасом раньше. Когда пойдем на «дело», обещает быть еще хлеще.

— Дракон-Жуку, — проговорила рация голосом майора.

— Дракон на связи, — отозвался я.

— Мы на месте.

— Принял. Дождитесь начала концерта и заходите. Встречаемся на станции «Торговый центр».

— Принял. Работаем, — и из динамика послышался неторопливый стук колес.

Представление готовилось разразиться, и осталось только надеть шлем. Доспехи отца мне удалось опробовать еще несколько дней назад, и сейчас они сидели как влитые. Стоило прогнать через них энергию в первый раз, как я буквально влюбился, ибо даже на сложные заклинания энергии уходило раза в два меньше, а движения с каждым разом становились все естественней.