— Halt! — крикнул Волошин, устремив коротышу в грудь острие меча.

Троица замерла. Их лица скрывались под шлемами, но, наверное, они крайне охренели.

Зубр схватил своего амбала за шею, и — хрясь! — едва не оторвал голову. Жук не стал мелочиться и просто рубанул мечом. Длинный клинок пролетел у коротыша над головой.

Хлоп! — и башка второго амбала покатилась по полу. Коротыш обернулся и посмотрел сначала на Жука, который был выше его на две головы, а потом на Зубра, такого же высоченного, а затем на Светлану.

Глаза за стеклами шлема обреченно потухли, и рейховец сам поднял руки.

В следующую секунду Жук припер его к стенке, дал под дых коленом и сорвал шлем со светловолосой головы.

— Ich gebe auf! — крикнул он за что и получил удар по уху.

— Ты знаешь немецкий? — спросил Жук и, схватив коротыша за горло, приподнял над полом.

— В определенных пределах, — ответил Зубр, хлопая пленника по карманам. — Но, думаю, мы с нашим арийским другом сможем найти общий язык.

* * *

Штурмбанфюрер Лион Эйхе, прислонившись к зубцам Кремлевской стены и, щурясь от нестерпимого света, смотрел как парни спускают с башни Кремлевскую Звезду.

Последнюю. Остальные две лежали во дворе и сияли так, что даже со светозащитной смотреть на них тяжело. А вот их предводитель — оберштурмбаннфюрер Иоганн Шлихт, который и организовал эту дерзкую операцию — даже не щурился.

Он стоял и, не моргая, смотрел на Звезду словно на обычный фонарь. А человек ли он?..

У Лиона всегда были сомнения — этот холодный и расчетливый Магистр, который без тени сомнения был предан фюреру, казался самим дьяволом. Никогда не отступал, не сомневался и вел жизнь затворника.

Лион всегда боялся его, однако уважал и втайне мечтал быть таким же. Сильным, жестоким, смелым и бескомпромиссным.

Истинным рейховцем.

Такой же была его любовь всей жизни — Зельда Шварцкопф, сгинувшая в этой проклятой стране, которую Лион ненавидел всей душой. Его товарищи были с ним солидарны.

Поэтому и был отдан приказ заминировать все, до чего доберутся их руки. Если Иоанн еще надеется вернуть свою древнюю столицу назад, то его ждет разочарование.

— Закончили? — спросил Лион у подбежавшего бойца.

— Так точно! Покровский собор полностью готов оказаться на седьмом небе!

Лион ухмыльнулся. Жаль, никогда не увидит лица русских ликвидаторов, когда от сердца Москвы останется лишь груда развалин. Бомбы уже заложили под пятью целыми башнями Кремля и Историческим музеем. Осталось закончить со стеной и парочкой исторических зданий.

И кто бы мог подумать, что все так обернется? Когда их сотня, крича во всю глотку «да здравствует фюрер!», вошла в сияние Монолита, Лион знал, что обратно на Землю они не вернутся. Еще немного, и Берлинский Осколок стер бы их в порошок. Спасение одно — Нексус, там оставался мизерный шанс на выживание.