И вот двери раскрылись от мощного удара. Показался коридор, опаленный пламенем, и там суетились стражники. У них по головам скакал мужчина в белом одеянии. Они как могли пытались его схватить, сбить заклятиями или проткнуть копьями, но он ловко уворачивался.

Прыг-прыг и прыг, и все по головам орущих стражников.

Еще один прыжок, и он в тронном зале!

— Ах, какой ловкач! — хмыкнула Гама, хлопнув в ладоши.

Нити сверкнули, и двери разом закрылись, оставив стражников в коридоре. С той стороны принялись отчаянно долбиться, но Гама щелчком пальцев накинула на створки сразу три засова.

— Теперь нам не помешают! Браво! Браво! — сказала она и, медленно хлопая в ладоши, сошла с трона. — Ну-ка, ну-ка, покажись!

Убийца в белом сидел на полу и пытался отдышаться. Его одеяние было порвано, обожжено огнем, а кое-где заледенело. С его плеч поднимался дым. Ох, нелегко ему пришлось!

Выдохнув, он поднялся на ноги. Нет, такого человека она не знала, а жаль. Могло получиться интересно, как с тем рейховцем, который узнал в ней фрау Зи.

Увы, с тех пор утекло много воды, и Гама сменила то стареющее тело. Теперь она снова напоминала себя прежнюю — роста в ней было два с половиной метра, а из одежды одна накидка. Большего и не требовалось.

— Нападай, Иванов! — сказала Гама и, подняв руки, направилась по лестнице вниз.

Смертоносные нити порхали повсюду. Одно движение ее пальца, и они разорвут убийцу на части. Но тот и не думал как-то защищаться. Что это, великая сила или великая глупость?

— Но прежде назови причину, по которой ты здесь! — сказала Амальгама, медленно спускаясь по ступенькам. — Ты считаешь меня чудовищем? Тираном? Авантюристкой-узурпатором, или же?..

Парень молчал. А ведь он был молод. Лет двадцать, не больше. Жаль обрывать эту юную жизнь.

— Или я забрала жизнь твоих родителей в той страшной войне с Британской Империей? — спросила Гама и остановилась. — Что же? Любимая девушка, да? Сестра?..

Она вгляделась в его лицо, и нет, черты совсем незнакомые, однако что-то в нем было… Но что?

— Ну же! — гаркнула Амальгама, остановившись. — Зачем ты здесь? Отвечай!

Нити замерли и натянулись. Одно движение, и его молодая жизнь оборвется.

— Я, Гама, — послышался давно забытый голос, и парень прижал ладони к лицу. — пришел сюда из простой любви к тебе.

Он убрал руки, и Гама охнула.

— Хозяин… — сорвалось с ее губ, и она отпустила нити. — Хозяин…

Вдруг из коридора послышалось рычание и стражники победно закричали. Не успела Гама опомниться, как дверь со всеми засовами сорвало с петель, и в тронный зал ворвалась чернокрылая бестия.