Пролетев круг под потолком, зубастый черт в элегантном пиджаке и с золотой серьгой приземлился за спиной у посетителя. Два хвоста заерзали по полу. Он перекинул сигару в уголок рта и зубасто ухмыльнулся:

— Мудак! — и Красавка распустил галстук. — Тебе отсюда не выйти!

Обходя гостя, он пыхнул ему в лицо дымом и схватил его за горло. Желтые глаза плотоядно сверкнули.

Парень лишь положил ладонь ему на руку и улыбнулся. Дым рассеялся, а Красавка удивленно щелкнул зубами. Сигара упала на пол.

Из коридора забежали очухавшиеся воины, но стоило им столкнуться со взглядом Гамы, как они тут же остановились.

— ВСЕ ВОН! — загремела она и щелкнула пальцами.

Ниточки тут же сорвались с потолка и, обхватив солдат, начали вытеснять их из тронного зала.

— Но как же? Но как⁈ Госпожа! — заливались они криком, пытаясь удержаться на ногах, но все тщетно. Нити подхватили двери и захлопнули створки перед лицами удивленных солдат.

— Как же личный досмотр!!! — звучал крик, но Красавка рыкнул, и все в коридоре заткнулись.

Наконец, засовы снова встали на свои места, и в тронном зале опустилась тишина.

Хозяин огляделся.

— А ты неплохо тут устроилась, моя милая, — проговорил он, почесав подошедшего Красавку за ухом. — А ты тоже хорош, друг. Вона как вымахал!

Это правда. Ростом Красавка, вернее гранд-герцог Красавкин, был два метра, а размах крыльев у него был все пять. Он довольно заурчал и почесался мохнатым ухом о плечо господина.

— Хозяин… — наконец, смогла Гама справиться с волнением. — Вы вернулись?

— Да, — кивнул он и присел на стул для аудиенции. — Когда этот гад лопнул, пришлось полетать в космосе в виде космической пыли. Осознать себя, а потом собраться заново, когда тебя распылило на атомы непросто… но у меня была куча времени.

И хозяин, подхватив чашку с приготовленного для него столика, отпил немного:

— А я гляжу, ты времени зря не теряла. Я немного почитал про то, что произошло за минувшие годы, и, признаюсь, это… впечатляет.

— Нет, хозяин, это мелочи, — проговорила Гама и, смахнув слезинку, обвела тронный зал рукой. — Все это — просто дань их человеческой природе. Несмотря ни на какие мои дела или слова, одним все больше хочется славить меня как богиню, а другим увидеть, как я буду низвергнута во прах. Это все пустяки, но будьте уверены — настоящая работа тоже идет. Еще многое предстоит сделать. Еще столько болезней предстоит победить. Жизнь человека все еще коротка, а помыслы людей еще слишком примитивны. Одни все еще считают разумных нексов злом от природы, а другие упрямо хватаются за старые классовые различия. И все они не верят, что когда-нибудь отправятся к звездам, где есть горы хлеба и бездны могущества.