Дверь раскрылась, и на пороге выросла девочка в очках. Ди закрыла глаза и сделала вид, что спит. Послышались шаги, а затем скрип раздвигающихся штор. Она слегка приподняла веки — за окном алел закат.

— Ты ее еще не уморил, дурачок? — сказала девочка и, подхватив со столика книжку, шлепнула ею по лбу мальчика лет десяти, который дремал в кресле.

— Я… нет, — буркнул парень и встрепенулся. — Я что, опять уснул?

— Иди уже, страж хренов! Никуда твоя спящая красавица не убежит от тебя!

Мальчик покраснел и выбрался из кресла.

— Стой, — он посмотрел прямо на Ди. — Ты слышишь?

— Что?

— Она больше не стонет… И не зовет этого Сергея… Кажется…

Ди открыла глаза.

— Вы кто? — настороженно спросила она, распаляя в себе Искру.

Энергии в ней с горсть, но если эти двое закричат, обернуться воронами и свалить она еще сможет. Боль будет адская, но в своей прежней жизни на Нексусе Дизраэль терпела и не такую.

Снова придется слоняться по безлюдным местам, как загнанный зверь? Что ж, не в первый раз. Она все же некс — чудовище для этого несчастного мира.

— Я Коля, — отозвался мальчуган. — А она Даша.

— Где я?

— Вы в нашей усадьбе, на земле рода Кречетовых-Герасимовых.

Кречетовы-Герасимовы? Никогда не приходилось слышать. Но, может это и хорошо, лишь бы подальше от лап инквизиции.

— Я, пойду, скажу маме, — сказала Даша и, поклонившись Ди, покинула комнату.

Коля присел на краешек кресла. На гостью он старался не глядеть, и был красным как помидор.

— Простите… — спросил мальчишка отчего-то тихим голосом. — Вам плохо?

— Нет, — соврала Ди. — Лучше скажи, что произошло?

— Вас нашел одноглазый лесник. Вы были ранены, и он остановил кровотечение. Потом сообщил нам, и мы забрали вас к себе. Вы лежите у нас уже третий день.

— Вы? Ты имеешь в виду меня, или со мной еще был кто-то…

Прежде чем Коля ответил, Ди зажмурилась. Если она услышит «одну», сердце само разорвется в клочья. Никакая пуля не способна ранить ее сильней, чем одна вскользь брошенная фраза…

Одна. Снова одна.

— Не знаю. Лесник отдал нам только вас, — пожал плечами Коля. — А что, с вами был еще кто-то?..

Ди сжала зубы и попыталась не разрыдаться. Нет, только не перед ребенком… Бедный Сергей…

Тут в коридоре вновь раздались шаги, и в комнату вошел престарелый мужчина во фраке и с моноклем. Следом за ним появилась красивая черноволосая женщина.

— Коля, кыш, — произнесла она, едва войдя в комнату. Мальчик поклонился Ди и выскочил наружу. Дверь плотно закрылась за ним.

Женщина присела на его место, а ее спутник встал за спинкой кресла.

— Очень надеюсь, что вы выздоравливаете, — сказала она. — Меня зовут Анна Павловна Герасимова-Кречетова, и вы находитесь на территории поместья моего рода.