Когда она оказалась за моей спиной, мой указательный палец нажал скрытую кнопку.

Спинка кресла разлетелась, выпуская облако металлической пыли, пропитанной Потоком. Теперь, когда я добрался до уровня Бури, использовать Поток на чем-то кроме паутины Ана перестало быть чем-то невозможным.

Мириа отпрыгнула, но было поздно — микроскопические лезвия впивались в кожу, оставляя крошечные порезы. Не смертельно, но очень болезненно.

— Вот и трюки, — я наблюдал, как она скривилась.

— Ты… — она стиснула зубы, вновь налетая на меня.

— Я что? — я перехватил переплетшимися нитями её запястье, останавливая удар. — Реалист?

Её второй клинок просвистел мимо, я уже катился назад, к центру арены.

— Ты просто боишься проиграть всухую, — она вытерла кровь с руки. — Потому что знаешь — без своих игрушек ты ничто!

Я улыбнулся.

— Тогда давай проверим.

До сих пор мы сражались вполсилы, и я, и она. Но, похоже, дальше разобраться с этим, не активируя слияния с Аном, уже было невозможно. Вот только я не успел этого сделать.

С третьего ряда раздался вопль.

— ОГОНЬ!!!

Крик разорвал воздух, резкий и нечеловеческий.

Я повернул голову — с третьего ряда падал кадет, его лицо искажено гримасой безумия. За ним ещё трое, их глаза дико блестели, в руках — мечи и копья, даже по виду ясно, что заточенные, смертельно опасные. Один размахивал горящим факелом, от которого уже занялось несколько скамеек.

— Что за чёрт… — Мириа замерла на полшага, клинки автоматически приняв защитную стойку.

Факел полетел в трибуны. Сухая древесина вспыхнула мгновенно, языки пламени лизнули балки перекрытия. Вторая группа ворвалась с противоположного входа, снося охрану. Один из них, высокий парень с окровавленным лицом, заорал:

— СЖЕЧЬ ВСЕХ!

Толпа вскочила, как один организм. Кто-то рванул к выходам, кто-то полез через барьеры прямо на арену. Девушка впереди упала, и по ней тут же пробежали десяток ног.

Вскоре уже и арена, на которой мы должны были решить раз и навсегда, кто прав, а кто виноват, погрузилась в хаос.

Мириа отбивалась от двоих, её клинки мелькали, но атакующие не отступали, даже когда сталь впивалась в их плоть. Они не чувствовали боли.

— Лейран! — Кайл пробивался сквозь толпу, его рукав горел. Он сбил пламя, швырнув куртку на пол. — Их уже минимум полсотни и с каждой минутой все больше!

Третий факел шлёпнулся у моих колёс. Пламя взметнулось вверх, лизнуло металл. Хорошо, что теперь в кресле не было почти ничего деревянного. Я откатился, нити уже выстреливали в стороны, подхватывая и не давая упасть бегущих в панике зрителей — иначе затопчут.