Но вряд ли она могла даже в самом нереалистичном сне представить, что я, едва получив звание выдающегося кадета, сразу воспользую всеми прилагающимися к нему привилегиями.

— Без правил! — добавил я, еще больше тревожа толпу. — Без ограничений. Или ты боишься?

Сухость во рту стала почти невыносимой, но я не мог позволить себе даже глоток воды. Мириа стояла в десяти шагах. Ее пальцы сжимались и разжимались — она пыталась успокоиться.

Зал замер в ожидании. Кто-то сзади задержал дыхание так сильно, что у него засвистело в носу. Я чувствовал, как капля пота скатывается по спине, но мое лицо оставалось невозмутимым.

— Я не отказываюсь от вызовов. Ни от каких, — наконец произнесла Мириа.

— Завтра в полдень, — сказал я, после чего развернулся и выкатился из зала.

Когда я двигался к выходу, толпа расступалась, как перед приговоренным. Но в их глазах я видел не только страх — там было что-то новое. Любопытство? Уважение? Неважно. Главное, что теперь они знали — игра изменилась.

* * *

Я сидел на лавке в пустой раздевалке, медитируя и успокаивая Поток.

Кайл появился в дверях, его лицо было бледнее обычного.

— Все готово. Наши люди на местах, они не допустят хаоса, если подчиненные Мириа вдруг вздумают вмешаться. — Он помолчал. — Ты уверен?

Я потянулся за креслом, проверил каждую деталь обновленного, теперь, благодаря Юдану, Нимпусу и главному кузнецу Арены — Боргу, больше похожего на боевой мультитул, средства передвижения «инвалида». — Нет. Но другого выбора нет.

Это была не фигура речи. С каждым месяцем, даже с каждой неделей, вероятность того, что моя разрастающаяся фракция станет слишком большой проблемой для Мириа и ее покровителя, росла.

Если бы я не вызвал ее на бой официально, однажды ночью она бы пришла за мной во сне. И хотя за эти месяцы я неплохо продвинулся по пути контроля Потока, сражения с Мириа на ее правилах вряд ли бы пережил.

К тому же, подобная нестабильность в центре и мое шаткое положение делали меня куда более уязвимым для вмешательства третьих сторон. Старейшина, заказавший нападение на Иву, которого, как мы выяснили за эти месяцы, звали Шейзан, уже довольно давно раскусил мой трюк и теперь наверняка готовил ответный ход.

Возможно уже вместе с другими шишками из Теневого Сообщества. В конце концов наше с ними перемирие было не обоюдным мирным решением, а результатом моего шантажа. Шанса разделаться со мной они бы точно не упустили.

Так что этот вызов, хотя и выглядел максимально спонтанным и эмоциональным капризом, был скорее продиктованной обстоятельствами необходимостью.