Тень от занавески скользнула по её лицу, делая синяки ещё темнее. Она отвернулась, но я видел, как сжались её челюсти.

— Я хочу, чтобы они боялись. Как… как боялась я.

— Они будут бояться, — я отодвинулся. — Даже больше. Потому что когда мы ударим по ним, они даже не поймут, откуда пришёл удар.

* * *

И снова оружейная, и снова запах ржавчины и масла. Я уже начал привыкать. Первый стажёр — коренастый парень со шрамом — прижался к стене, услышав моё предложение.

— Ты… ты серьёзно? Против Мириа?

— Когда я выиграю и ее режиму придет конец, вместе с ним кончится и тирания. Да, может быть своих врагов я не стану щадить, как и она. Но своих союзников я буду всячески поощрять: привилегии, звания, советы в тренировках. Или ты не хочешь к концу своей стажировки достичь Цунами?

Его глаза расширились. Жадность победила страх.

— Хочу!

Плюс один. Итого сорок три. И на этом все возможности во фракции самой Мириа были исчерпаны. Дальше оставалось искать сторонников среди не подчиненных Мириа кадетов. И это должно было быть если не сложнее, то точно куда более палевно.

С другой стороны, на «вольных хлебах» было куда больше возможностей найти сильных союзников. Уникальных одиночек или небольшие группки оппозиции.

Торопиться, однако, не стоило. У Мириа оставалось достаточно лояльных подчиненных, более чем способных настучать на меня в случае чего. Расширять мою собственную фракцию лучше было медленно, но обстоятельно.

Время всегда было на стороне затаившегося паука.

* * *

После восьми месяцев моя старая комната стала настолько родной, что переезд в новые, казавшиеся на ее фоне роскошными апартаменты вызвал даже какое-то внутреннее отторжение.

Продлилось это, однако, недолго. Обустроившись, перевезя из особняка Регул Дзинту и Гинту, и осознав, что просторная гостиная прекрасно подходила для частных собраний, я без особых сожалений помахал мысленно старой комнатушке рукой.

И сейчас, сидя во главе сравнительно небольшого стола, я даже ощутил некоторое удовлетворение. Наверное, отец чувствовал себя на семейных собраниях примерно также.

Моя «свита», однако, состояла из ближайших родственников меньше чем наполовину. Архан, Этан и Ива, за эти более чем полгода заметно повзрослевшие, не внешне, а внутренне, сидели на одном диване, по правую руку от меня.

Напротив них, на таком же диване, устроились Кайл ам Регул; Анван суа Регул — кадет-третьегодка, в прошлом году состоявший в группе, одолевшей команду Мириа на финальных учениях; Залика эр Регул — второгодка, которой прочили стать второй Мириа, уже пробившаяся на уровень Вихря и Юдан ол Регул — первогодка, младший брат Мириа, не слишком одаренный в контроле Потока, но невероятно талантливый инженер и аналитик, которому надоело то, что его все сравнивают со старшей сестрой.