Моя броня в этом плане была совершенно стандартной. Все, что мне от нее было нужно — это прочность, поскольку, в отличие от ребят, мое тело оставалось совершенно обычным, пусть и отлично тренированным.

Главный же мой арсенал, переработанный и пересмотренный несколько раз за последние месяцы, был спрятан внутри кресла. В этом плане мне было даже удобнее, чем остальным, чем они без зазрения совести решили воспользоваться.

Так, одна из рукояток скрывала запасной клинок для Архана, а в хранилище под сиденьем лежал десяток магазинов для оружия Этана. Впрочем, я был не против.

Тем более, с учетом того, с кем, или, скорее, с чем нам предстояло сражаться, любая возможность помочь им не могла быть лишней.

— Делитесь на две группы! Те, кто специализируется на дальнем бое — на стены. Ближники — резерв у центральных ворот! — орал сержант, размахивая алебардой.

— Сколько их? — выкрикнул кто-то сзади.

Сержан повернулся на звук медленно, словно давя взглядом.

— Достаточно, чтобы сожрать всех, кто не слушает приказов.

Кадет, задавший вопрос, сглотнул. Все начали шевелиться чуть быстрее.

— Кто не на позиции через пять минут — будет объявлен дезертиром! Шевелитесь, мать вашу!

Толпа рванула в разные стороны.

Я тоже двинулся к стенам. Поднялся на нитях по лестнице, выглянул из-за края.

Первые тени зашевелились на опушке леса в нескольких километрах, и я сразу понял — это они. Не просто звери, не случайные путники, а именно те твари, из-за которых в лагере объявили тревогу. Они двигались странно — дергано, какими-то скачками, другие, наоборот, ползли, третьи и вовсе перекатывались, как колобки.

Я объединил зрение с Аном, в отрыве от боя такой режим не слишком напрягал мозг, и тогда разглядел детали.

Один — огромный, сгорбленный, с кожей, покрытой трещинами, из которых сочилась липкая чёрная смола. Его лапы были слишком длинными, суставы вывернуты под неестественными углами, а из пасти капала слюна, оставляя на земле дымящиеся пятна.

Другой напоминал волка, но морда была сплющена, как будто кто-то ударил его камнем, а из спины торчали костяные шипы. Третий… Третий вообще не имел формы — просто неопределенная масса плоти.

Поток их, конечно, знатно искорёжил. Или, вернее, застой Потока.

Это, кстати, в очередной раз показывало, насколько на самом деле Поток был всепроникающей и всеобъемлющей силой.

Люди учились использовать его годами. Но это не значило, что в отрыве от пользователей Потока и затягивателей эта энергия ни на что не влияла. Скорее наоборот.

Поток пронизывал все сущее, в чем был хотя бы намек на жизнь. Плавно, неспешно просачивался сквозь тела людей и животных, стволы растений, тельца насекомых и даже сквозь воду и воздух, в которых витали мельчайшие бактерии и микробы.