— Шанс на жизнь лучше гарантированной смерти, — кивнул я. — Но удаление проводника, связанного с моей душой, тоже может стать для меня фатальным исходом. Так что, фактически, я выбираю лишь способ самоубийства. И в таком случае попытаться что-то сделать лучше, чем сдаться, не думаешь?

— Согласна, — кивнула она, немного погодя.

Я кивнул, чувствуя, как холодная решимость наполняет меня.

— Тогда давай оставим все лишние разговоры и сосредоточимся на деле.

— Давай. Но если что-то пойдёт не так… — она повернулась на отца, стоявшего в углу лаборатории.

— Я постараюсь вас остановить, — кивнул он.

— Все, начинаем!

Найла подключила кристалл к прибору. Её движения были точными, но я ощущал в них остатки неуверенности. К счастью, она точно была не из тех людей, кто стал бы саботировать этот наш эксперимент ради чего бы то ни было.

Я связал свой разум с Аном, ощутив, насколько истончилась наша связь за эти две недели. Даже после того, как я почти полностью снял контроль, паук продолжал сопротивляться, явно намереваясь сбежать при любом удобном случае, а то и попытаться перехватить главенство в нашей паре.

— Готов? — спросил я.

За эти дни я привык общаться с Аном вслух и иногда мне даже казалось, что он вот-вот ответит. Но, конечно, ничего подобного не случилось.

— Ты готова? — глянул я на Найлу.

Она кивнула, её лицо было серьёзным.

— Готова.

Я включил прибор, и кристалл начал мелко пульсировать энергией. Поток волнами направился в Ана. Его тело также засияло ярче, но было понятно, что это не то.

— Настраивай потихоньку, — скомандовал я и вскоре частота пульсации энергии кристалла начала меняться.

Плавно, очень неторопливо, Найла действовала максимально аккуратно. Так что до момента, когда тело Ана вдруг начало пульсировать энергией в такт кристаллу, прошло несколько минут.

— Теперь интенсивность! — скомандовал я, после чего закрыл глаза и полностью сосредоточился на внутренних ощущениях.

Исследования, которые мы провели, дали следующее: определенная частота пульсации энергии Потока вводила Ана в состояние наподобие транса. В этом трансе он полностью терял ту зарождающуюся волю, что начала проявляться, и становился тем же Аном, к которому я привык.

Однако этого было недостаточно, чтобы решить проблему. После исчезновения пульсации все возвращалось на круги своя.

Ответ был найден в изменении второго параметра пульсации: интенсивности. При достижении определенного уровня я начинал чувствовать, как наша с Аном связь впускает эти пульсации в себя, «размягчается» и, будто металлическая болванка под ударами молота, получает возможность меняться.