Я не ответил сразу, размышляя. Мне, в принципе, было плевать на их потери. Но что-то в этой ситуации забавляло. И тревожило одновременно.

Среди кадетов Спика действительно зрело недовольство. Я видел, как младшие переглядывались, когда Деймар отворачивался. Как сжимали кулаки, когда выносили очередного раненого. Но пока никто не решался сказать вслух.

— Они сломаются, — наконец сказал я. — Деймар — не король, а просто старший, пользующийся авторитетом. Но авторитет не бесконечный. Вопрос только в том, сколько еще трупов им для этого понадобится.

Варва тяжело вздохнул:

— Жаль, что разум приходит после потерь, а не до.

Я кивнул, глядя, как лекари заворачивают очередное тело в грубый холст. Утром этот кадет еще завтракал в общей столовой. А теперь его везли в морг. И вот это было действительно печально.

###

Нанесенный на камень плаца песок хрустел под ногами, смешиваясь с мелкими камешками. Солнце стояло в зените, превращая тренировочную площадку в раскаленную сковороду. Ветер приносил запахи форта: масло оружия, пот, металл и едва уловимый дымок от дальних кухонь.

Варва стоял в десяти шагах, переминаясь с ноги на ногу. Его серебристый доспех клана сверкал на солнце. Он вращал плечами, разминаясь.

Спустя шестнадцать дней после того, как он вызвал меня на бой в приступе гнева, спарринг-таки состоялся. Но уже не ради того, чтобы что-то кому-то доказать или показать свое превосходство.

Наоборот, теперь мы оба искренне хотели чему-нибудь научиться друг у друга. Варва, поначалу показавшийся мне тем еще ублюдком, на поверку оказался рубаха-парнем, чья гордость была не болезнью, как у Деймара, а частью его статуса и публичного образа. Все-таки будущий кандидат на позицию главы сильнейшего герцогского клана страны должен был держать марку.

— Ну что, Паук, — голос Варвы звучал спокойно, но в глазах читался азарт. — Говорят, ты своими нитями можешь кого угодно поймать. Продемонстрируешь?

Я провел ладонью по подбородку, чувствуя песчинки, прилипшие к потной коже.

— Постараюсь.

Ананси материализовался на плече, его восемь лап впивались в ткань мундира. Я чувствовал, как энергия струится по невидимым нитям, уже расставленным по периметру арены — моей паутине, моей территории.

Варва ухмыльнулся.

— Тогда вперед!

Он не стал ждать ответа.

Его первый рывок был стремительным, но предсказуемым — прямой удар правым клинком, обернутым мерцающей энергией. Я отклонился, чувствуя, как воздух свистит у виска, и тут же контратаковал, посылая десяток нитей к его ногам.

Но Варва уже не был там.

Его силуэт будто бы поплыл и он исчез из поля зрения, появившись слева с рубящим ударом левым, более коротким кортиком. Я едва успел поднять нитяной щит — удар потряс его, как молот по наковальне.