Не один человек. Множество. Они спускались сверху. Лифт был в движении. По замаскированным аварийным лестницам доносилась осторожная, но быстрая поступь. Они шли тихо, профессионально, но для моих нитей они были как барабанная дробь.

Черное Пламя. Они уже знали. Знали о нападении на базу Отиса. И теперь они пришли за своей лабораторией. И за мной.

Мгновенная оценка ситуации была безрадостной. Что на лифте, что по лестницам спускались враги, а в воздухе уже ощущалась тяжелая, давящая аура мастера уровня Острова Пепла, что вел эту охоту.

Прямой бой был равносилен самоубийству. Теперь, когда белый шум потихоньку начал пожирать искаженный Поток в моих ногах, я мог больше не волноваться об использовании энергии Вулкана. Но даже так, я был бессилен против такого противника. Моим единственным шансом было просочиться сквозь их кордон, используя лабиринт коридоров и лабораторий.

Поднявшись так высоко по этажам, как только смог, я присел на корточки за массивным криогенным блоком в углу одного из помещений, от которого шел густой холод. Мои нити, невидимые и бесшумные, уже расползлись по потолку и вентиляционным шахтам, рисуя в моем сознании карту передвижений врага.

Я наложил на себя многослойные Буйства маскировки — искажающие восприятие, поглощающие звук моих шагов, рассеивающие собственное энергетическое излучение. Я стал тенью, призраком, скользящим в полумраке аварийного освещения.

Первый боевик появился на перекрестке в пятидесяти метрах от меня. Он двигался осторожно, держа наготове клинок, проводящий Поток. Убивать его было бы глупо — шум, даже минимальный, мог привлечь внимание остальных. Так что я просто переждал, когда он заглянет в комнату, где я прятался, изучит ее своим Потоком и пройдет мимо, а затем сам поспешил дальше.

Но обойти всех не получалось. Группа из трех человек перекрыла единственный проход к лестнице. Рисковать было нельзя. Я собрал в ладони сгусток энергии, не выпуская его наружу, а сформировав из него тончайшую, в миллиметр толщиной, нить. Затем, медленно, плавно, я направил ее вдоль потолка.

Она извивалась, как змея, пока не оказалась прямо над ними. Трое. Одновременно. Мне потребовалась вся моя концентрация.

Раз — нить метнулась вниз, пронзив затылок первого и вынырнув из его горла.

Два — прежде чем его тело начало падать, я изогнул ее, и она, как бич, рассекла шею второму.

Три — третий начал оборачиваться, его глаза широко раскрылись, но тончайшая проволока уже впилась ему в висок, прошила мозг и вышла через ухо. Все трое, подвешенные на нити как бусинки, были бесшумно опущены на пол. После чего я втянул окровавленную нить обратно, растворив ее в воздухе, и скользнул мимо их тел, уже ощущая приближение других боевиков к месту вспышки Потока.