— При всем уважении к процедурам безопасности принимающей стороны, после случившегося мы не можем позволить принцессе оставаться без непосредственной защиты ее личной охраны. Мы настаиваем на их присутствии в зале во время дальнейших переговоров.
Представители Холодной Звезды зашептались. Неу Фар, все еще бледный, но взявший себя в руки, обменялся многозначительным взглядом с главным охранником-Вулканом. Тот, сжав челюсти, медленно кивнул. Им некуда было отступать.
— Хорошо, — согласился Неу Фар. — Но при условии, что все телохранители, допущенные в зал, дадут клятву неразглашения относительно всего услышанного. Под страхом самых суровых последствий.
— Примем, — коротко бросил Ленак, его взгляд горел мстительным огнем.
Нас, пятерых телохранителей Яркой Звезды, построили в ряд. Мы положили руки на массивный том местного свода законов, лежащий на столе, и хором повторили за офицером протокола короткую, но емкую формулировку клятвы, обещая хранить в тайне все детали дискуссий.
Остаток дня прошел в том же ключе, что и предыдущий — сплошная осада. Переговоры, пусть и под усиленной охраной, были лишь передышкой между вылазками.
На официальном приеме в честь открытия новой галереи повар, готовивший десерт, оказался с отравленными ногтями. На вечернем спектакле под открытым небом две снайперские пули, выпущенные с соседней крыши, были перехвачены комбинированным барьером, созданным мной и Розовой Бабочкой — первый и последний раз, когда мы действовали синхронно. Каждая минута требовала предельной концентрации.
Когда мы наконец вернулись в «Серебряный Шпиль», в глазах Юлианны читалась не просто усталость, а какая-то опустошенность. Она молча сняла плащ и, не глядя на меня, бросила через плечо:
— Свободен.
На этот раз я не стал отказываться. Подошел к окну и, откинув раму, бесшумно выскользнул в холодную объятия Октанта.
Глава 6
Ночной воздух обжег легкие, но я был благодарен ему — он прочищал голову, смывая остатки дневной усталости. Я замер в тени стены, закрыл глаза и сосредоточился на тончайшей вибрации, исходившей от нити-маяка, прикрепленной к мундиру Неу Фара. Она была едва ощутимой, как тихий зов, но я чувствовал ее направление и удаленность.
Я двинулся на этот зов, петляя переулками и используя нити для быстрых и бесшумных перемещений по темным стенам. Вскоре я оказался в спальном районе, застроенном однотипными, но добротными многоквартирными домами из темного кирпича.
Маяк привел меня к одному из них — пятиэтажному зданию с аккуратными, но неброскими фасадами. Каждый этаж, судя по расположению окон и балконов, представлял собой отдельную квартиру. Идеальное место для временного конспиративного проживания высокопоставленных лиц — неприметное, но не убогое.