Она сидела, поджав колени к груди, обхватив их руками и глядя на город. Ещё немного помолчав, Авелина добавила:

— Скоро всё закончится…

— Что закончится? — не понял я.

— Моя учёба, — пояснила Авелина. — И, наверно, моя жизнь…

— Ну с жизнью понятно, тебя преследуют… Но почему учёба? — удивился я.

— Потому что нет больше смысла меня в Васильках держать, — ответила Авелина и как-то грустно улыбнулась.

Пьяной девушка не выглядела, а вот на откровенность её внезапно потянуло.

— Почему? — я решил, что следует прояснить этот момент. — Если раньше не исключили, то почему теперь должны?

— Потому что исчезла причина, по которой меня согласны здесь держать… А ты так и не понял? — Покровская глянула на меня, а я на неё.

— А что я должен был понять? — уточнил я.

— Почему меня в училище держали, несмотря на все нападения? — девушка усмехнулась. — Потому что я — Покровская.

— М-м-м… А я — Седов. Но мне за это ничего не полагается! — признался я, улыбнувшись.

— Понимаешь, города Седовска нет, — с грустным видом глядя вдаль, проговорила девушка. — А город Покровск — есть… Был…

В принципе, меня и раньше терзали смутные подозрения… Но проще было списать на то, что город назван в честь Покровов, а не в честь рода.

— Покровск никуда не делся, — не стал показывать удивление я. — Он ведь не достался Тьме.

— Ага, только в нём больше никто не живёт. И властей в городе нет. А предприятия если и остались, то вряд ли мне заплатят… Короче, всё рухнуло.

— Выходит, город платил твоему роду? — догадался я.

— И мне платил, когда рода не осталось… Почти все деньги уходили на подати и сборы, но чуть-чуть оставалось и моей семье, — Покровская шмыгнула носом. — В этом году я заплачу за поместье, за другие владения рода… А больше не смогу. Придётся распродавать имущество.

— А может, не распродавать? — уточнил я. — Можно же внаём сдать. Поискать управляющего, например.

— Ты не понимаешь, — девушка горько усмехнулась. — Я — изгой. Мой род уничтожен. На меня ведёт охоту другой, очень сильный род. Попробую сдать внаём, и они создадут столько сложностей, что я ничего с этого не получу, только потрачу. А платить подати и сборы в царскую казну всё равно надо. Остаётся только продавать. Да и то, хорошо если нормальную цену дадут. Скорее всего, купят за четверть стоимости… В общем, это конец.

— Ты пыталась сохранить имущество рода, да? — посочувствовал я.

— Пыталась… Думала, выучусь, вырасту в силе, и меня будет сложнее взять, — вздохнула Авелина. — А теперь всё изменилось… Училище в Покровске не могло меня отчислить, а здесь в Ишиме… Я просто устала ждать, когда Малая вызовет меня и пошлёт на четыре стороны.