— Это Константин, взрыв наш: запечатали подвал.

— Без этого, блин, нельзя было⁈ — из этой же рации возмутился Андрей Сергеевич. — Чуть потолок нам на головы не обрушили…

— Будь у меня пара сотен солдат, конечно, можно было бы! — не стал спорить Константин.

— Отродья? — деловито уточнил Иванов.

— Под землёй гнездо и, возможно, не одно, — ответил Костя. — Когда мы убили тёмного, отродья сразу же перевозбудились.

— Я свяжусь со ставкой, — ответил опричник. — Тёмный точно мёртв?

— Маш, это был точно тёмный? — переспросил Костя, обернувшись к Малой.

— Точно он… Она, то есть! — кивнула Мария Михайловна.

Я тоже, не удержавшись, машинально кивнул: мысль о том, что тёмной больше нет, доставляла мне слишком сильную радость, чтобы скрывать её от окружающего мира.

— Точно тёмный! Тёмная, вернее! — ответил в рацию Костя. — Мария Михайловна подтвердила.

— Не знаю, как вам это удалось, но — молодцы, — отозвался прибор голосом Иванова. — Скоро будет царское войско, они зачистят подземелья. А мы с вами продолжаем зачистку усадьбы. Отбой.

— А как мы, кстати, это сделали? — задумался Виктор Леонидыч, не забывая отряхиваться от штукатурки. — Как мы её вообще убили-то?

— Мне показалось… — Миша замялся.

— Что показалось? — уточнил Костя.

— Вы только не смейтесь, — смутился боец. — Мне показалось, у неё за спиной что-то чёрное мелькнуло…

— Мне, кстати, тоже показалось! — кивнула Малая, покосившись на меня.

Я отвёл взгляд в сторону, но проректора разве проведёшь?

— Федя, а тебе там ничего не привиделось? — Мария Михайловна даже придержала меня за руку, когда я попытался сделать шажок в сторону. — Чего-то такого чёрного, пушистого… Умеющего холодильники рвать когтями, а?

— Ну… Возможно, — признался я.

— Чёрного? Пушистого? Рвущего когтями холодильники? — удивился Виктор Леонидыч.

— О чём вообще речь? — заинтересовался Костя.

— Да у нас Федя решил завести себе изменённого кота… — прищурилась Мария Михайловна. — И у меня ощущение, что это он там и был. И он, конечно, большой молодец, что нам помогал… Но ведь должен был приглядывать за учениками Васильков!..

— А он, между прочим, приглядывает! — сразу же вступился я за мохнатую жопу, которая всех нас спасла. — Вчера, вон, Овсову удержал от падения с лестницы… За воротник…

— Но сейчас он здесь? — покосившись взглядом в ближайший тёмный угол, уточнила Мария Михайловна.

— Ну… Возможно, уже и не здесь, — пожал плечами я. — Мало ли как он по теням путешествует… Может, он вообще уникум. Одна лапа тут, другая там…

— Если он такой уникум, то пусть закинет сюда бутылку воды из кабинета. Пить очень хочется! — беззлобно хмыкнув, бросила Мария Михайловна. — Уникум… Федя, про зачёт по юриспруденции помнишь, да?