На вопрос, насколько удобно это будет самим музыкантам, А. П. Сороконог ответил, что на первом месте стоит вопрос удобства слушателей музыки, а не участников ватаги:

«Ребята готовы потерпеть неудобства. Они давно хотели сыграть в родном городе. Здесь у них множество поклонников, здесь их особенно любят и ценят. А это важнее, чем мягкие стулья в личных комнатах отдыха. К тому же, после выступления мы решили задержаться в Ишиме на целый день: снимем номера в гостинице, погуляем по городу, навестим старых друзей… Вот тогда-то и отдохнём нормально».

Остаётся надеяться, что новых сложностей не возникнет, и впервые за десять лет «Степняки» всё-таки выступят в городе, где когда-то начали победоносное шествие к музыкальному олимпу.

С Пьером я засиделся до позднего вечера. Мне даже показалось, что ему и самому интересно поучаствовать в моём деле. И всё же хитрый старик не стал форсировать события: ограничился консультацией и обещанием, в случае чего, юридической помощи. Ну а я намекнул, что со временем мне понадобится сотрудничество на постоянной основе.

Да, сейчас мой скромный бизнес не потянул бы регулярные выплаты стряпчему. Ну а потом? К тому же, если дело будет успешно расти, придётся искать покровителей среди родовитых двусердых и властей города. Да и память Андрея подсказывала, что без нужных людей масштабироваться будет сложно.

И да, если некоторые из «нужных людей» ограничатся тем, что не станут замечать локальные конфликты в городе — это тоже считается за участие. Конечно, мне не очень хотелось связываться с «серой» экономической деятельностью…

Но, во-первых, это был самый быстрый вариант легально заработать.

А во-вторых, я не хотел позволять кому-то калечить чужие судьбы. Неправильно это…

В конце концов, я сам — двусердый. И мне не хочется чувствовать свою беспомощность перед людьми, которые решили надо мной поиздеваться. Ещё и перед такими людьми, которые, не будь я двусердым — побоялись бы на меня косо посмотреть.

Нет худших тиранов, чем вчерашние рабы. Потому что зачастую мечтает раб не о свободе, а о своих персональных рабах. Это я тоже из памяти Андрея очень хорошо усвоил.

Вопрос о правовом статусе — и заказчиков, и меня, как посредника — Пьер обещал решить в течение нескольких дней. А также обещал продумать детали соглашений, которые я буду заключать с жителями глухих углов.

Пребывая в лёгкой эйфории от того, что у меня начинает что-то получаться, я решил не ехать сразу в училище, а прогуляться по городу. При этом старался держаться больших улиц, где хватало и людей, и городовых. Поэтому и не опасался, что ко мне пристанет очередной придурок.