— А мне-то Замочник заливал, что просто приглядывать поставлен! — восхитился я. — Ну, Дмитрий Демьянович! Ну и хитрый лис!

— Да он всем это заливает. А сам интриги плетёт не хуже, чем ромеи при дворе автократороса! — Стрелкин, наконец, нашёл силы отлепиться от стены и с благодарностью опёрся на подставленную мной руку. — Сейчас, оглядываясь назад, я начинаю догадываться, что был у Булочникова ещё один человек в его преступной ватаге… Только он эту свою позицию никому не выказывал. Действовал, подлец, исподтишка.

— Менталист! — закивал я.

— Он, сволочь! — подтвердил мои догадки Стрелкин. — Видимо, воздействовал тихонько, почти незаметно. И в стане Булочникова сторонники множились, а в стане Весёлова — напротив, скудели.

— А на что же учёных умудрились купить? — удивилась Авелина.

— Ну мы ведь тоже люди… — вздохнул Стрелкин. — Каюсь, я тоже чуть не поддался тогда всеобщему порыву. После ссоры с Замочником у нас же и сеть стала работать хуже… Да и еда в качестве потеряла… Уборка и стирка стали не такими регулярными. И даже поставки всяких нужных растворов да веществ задерживались. А мы, учёные, ведь просто хотели своё дело делать. Какое нам дело до ссор в руководстве-то? Вот и появились первые перебежчики из недовольных. А дальше оно пошло-поехало…

— А где сейчас Весёлов? Жив ещё? — даже как-то запереживал я.

— Да куда ему деться-то с подводной лодки? — удивился Стрелкин и сразу пояснил: — Вы не обращайте внимание, это мы здесь шутим так, промеж собой. Уволиться мы не можем, уехать тоже… Даже перевод в другое закрытое предприятие очень затруднён. Вот и шутим: мол, мы тут, как на большой подводной лодке.

— Ну а дальше-то что было? — напомнил я о сути разговора, внутренне усмехнувшись, потому что раньше в этом мире фразу про подводную лодку не слышал.

— А… Ну так Весёлов три месяца ещё продержался после предательства Булочникова и других научников. А потом заявил, что раз уж его старшинство так оспаривают, то пускай сами решают, кто среди научников старшим будет. А там все люди известны были, все в той или иной мере Весёлова и старое руководство поддерживали. Булочникову, подлецу, конечно же, такие расклады не понравились. Но он хитрый, в стычку напрямую не полез. Предложил собрать научный совет, который, мол, соборно будет всё решать. И это многим понравилось. Знаю, руководители отделов подумали, что сами смогут в этот совет выбраться. Вот Булочникова и поддержали.

— А в итоге, в совет вошли лишь Булочников и его пособники… — усмехнулся я.

Организованное меньшинство всегда выигрывает в подобных вопросах у неорганизованного большинства. Потому что между членами этого меньшинства нет внутренних тёрок, а есть общая цель.