— Что же она к менталисту-то пошла? — удивился я.

— Да боялась, что бросит её говнюк этот… Муж её… А она любит его сильно. Как ссоры начались, решилась сходить на «исправление отношений»… — Стрелкин остановился и снова опёрся на поручни лестницы.

И явно на сей раз не от усталости, а от глубоких переживаний. Старик воспринимал происходящее близко к сердцу. И с учётом того, что он сейчас рассказал, понятно почему.

— … Сходила, и как отрезало! — с горечью продолжил рассказ Стрелкин. — Вышла совершенно другим человеком… Будто из неё волю вынули. И мужа в любой глупости теперь поддерживает. А я ведь понимаю, это ей псевдоличность наложили. Вот эта псевдоличность и приказывает, как поступать… Со мной всю связь прервала, с правнуком встречаться запретила. А я же знаю, что она настоящая там, внутри… Всё видит и переживает, больно ей. Так ведь и счёты с жизнью свести можно, упаси Бог…

— Если так дело обстоит, то менталист уже труп, — нахмурив брови, оценила Авелина. — Но, думаете, ваш рассказ — достаточное доказательство?

— Ну как достаточное… Нет, конечно, — Стрелкин выпрямился. — Но если знать, кому шепнуть и что…

Что именно произойдёт в этом случае, мы не успели узнать. На ярус выше послышались удары, а затем грохот открываемой двери и топот ног.

— Заняли оборону! Не пропускать его ниже! — ревел там какой-то чин из охраны. — Разрешаю использовать… А-а-а-а-а-а!.. Поднять щиты!..

Наверху грохнуло, затем началась стрельба. Я не выдержал. Выхватил «пушка» и стал красться выше, чтобы разобраться, что происходит. Если сюда и в самом деле грек спускается, то лучше бы как-то помочь охране.

Однако рвался на лестницу не грек. На лестницу рвались мои дружинники. Правда, не одни, а при поддержке кого-то сильного. Кто просто снёс щиты местных безопасников за несколько секунд. А ведь хорошие артефактные щиты-то были…

— Где эти мерзавцы⁈ — проревел до боли знакомый голос.

В дверном проёме, игнорируя такую мелочь, как свистящие мимо пули, возникла массивная фигура Бубна. И стоило ему на безопасников, грозно сдвинув брови, глянуть, как те натурально стали разлетаться в разные стороны. Будто ими какой-то великан решил в городки поиграть.

Два истошно кричащих тела пролетело и мимо меня. К счастью, парням повезло. Судя по стуку и стонам где-то внизу, они всё-таки приземлились живыми.

— Бубен! А ты не мог бы не изводить местных безопасников⁈ — возмутился я. — Их бы допросить сначала.

— Федя⁈ Ну наконец-то знакомое лицо! — обрадовался Бубен, свесившись вниз. — Да плюнь ты уже на этих приговорённых! Сдались они тебе!