Он появился из-за спины, вполне ловко скрываясь в толпе до самого последнего момента. Пожалуй, если бы не воспитанная улицей интуиция, мой хрупкий затылок имел все возможности познакомиться с фанга, даже несмотря на ощутимую криволапость ублюдка. Но я успел почуять. Не знаю, как, но ощутил недоброе, развернулся, прыгнул вбок, и уже через секунду по переулку полетели сухие хлопки башера.

Да, врать не стану, стрелок из него оказался так себе (как и из большинства шерстяных обитателей Юдайна-Сити). Да что там⁈ Я знавал слепых чу-ха-хойя, на звук вгоняющих заряд буар-хитты куда точнее этого умельца. Возможно, он бы и вовсе не попал мне в голову, не подступи совсем уж вплотную. Потому что из десятка фанга, суетливо выпущенных по мне в тот день, в правый бок угодила лишь одна (еще четыре покромсали толпящихся у лотка завсегдатаев, но это немного другая история).

Я охнул, зашипел, отлетел в сторону, грохнулся на левое колено и выдернул из-под пальто «Молот». И с почти облегчением подумал, что Господин Киликили не удержался, и уже через пару минут вся удивительная подноготная станет достоянием Моноспектральной Чапати… но тут заметил стрелка. И мгновенно решил, что к знаменитой «Уроборос-гуми» тот не имеет ни малейшего отношения.

Даже на первый взгляд он не выглядел ни казоку-йодда, ни наемником Нижнего Города. Конечно, в теории это и правда мог оказаться специально подготовленный, прошедший жесточайшие школы убийственных тренировокхатьяра [1] … может даже не солирующий, а входящий в профсоюз «Добродетельных Садовников»… намеренно замаскировавшийся так, чтобы вызывать лишь жалость и смех… но я все же решил, что это не так.

Действительно, что за чушь⁈ Для столь рискованной и антирепутационной работы в самом пекле Бонжура «Уроборос-гуми» уж обязательно раскошелилась бы на субтильного самца вшкуре-котокаге [2] ! Чтобы выполнил работу без следов, чтобы смерть с небес, один удар и лишь размытый силуэт невидимки, удирающего по крышам и балконам.

У моего же противника из всей его шикарнейшей маскировки выделялся лишь безразмерный пыльный балахон, под которым что-то копошилось и сучило лапами в неловких попытках перезарядить башер.

Я чуть не расхохотался. Пожалуй, куда больше толку было бы, притрись бедолага ко мне на перроне транзита и исцарапай отравленными когтями…

Щелкнув предохранителем «Молота», я уже навел ствол на его дерганый силуэт, но несостоявшийся убийца вдруг заверещал от бессилия и злобы, и блохой сиганул в толпу переулка. Я опустил башер. В конце концов, это мои район и улицы, и, в отличие от бесполезного выродка, зацепить кого-то шальной фанга я права не имел…