Глава 8. Полдень четвертого дня. Часть 2.
Мы одержали верх, и победа оказалась достаточно легкой. За что надо сказать спасибо оборотню. Не будь его, и враг бы смог организовать достойный отпор, наверняка забрав с собой в могилу несколько жизней моих солдат. А так оборотень посеял панику, заставив отвлечься на себя людей, да еще и перебил десяток из них. Упокоился зверь только от моего молота и уже тогда, когда сопротивление противника было практически подавлено, успев сполна доказать свою силу и опасность. Но в ней я и не сомневался, в конце концов, это был юнит третьего продвинутого ранга по характеристикам равный мне. Характеристикам, но не умениям, что и поставило точку в нашем противостоянии.
После того как оборотень оказался повержен, я приказал Бардину осмотреть заставу, ну а сам, с несколькими каз для поддержки, вернулся к дриаде, надеясь найти ее живой. И видно удача сегодня была на моей стороне, так как к нашему возвращению девушка все еще дышала. На секунду мне стало совестно из-за того, что сразу не позаботился о ней, не попробовал протащить мимо противника, однако это чувство было быстро подавлено. Не мог я в тот момент рисковать, выход наверняка был под наблюдением стражи. Однако сейчас он оказался свободен и это был повод поспешить.
Каз споро подхватили носилки, я же пошел впереди, держа оружие наготове. До выхода мы добрались быстро, но, оказавшись под лучами солнца, замерли на миг, пораженные зрелищем. Не знаю, что чувствовали каз, но я заново привыкал к Солнцу над головой, к свободному пространству вокруг, к запаху соленой воды. Казалось бы, всего три дня меня не было на поверхности, но за это время каменная твердь над головой стала столь привычной и естественной, что иной вид совершенно ошеломлял, а уж обширное пространство моря и вовсе лишало слов, завораживая переливающимися бликами. «А ведь море — это викинги, возможные союзники и торговые партнеры» — совершенно некстати пронеслось в голове, и именно эта мысль привела меня в чувство. Рявкнув на каз, что впали в еще больший ступор возможно впервые в своей жизни оказавшись на поверхности, я направился к лесу. Гномы последовали за мной, пристыжено сопя.
По пути я постоянно бросал взгляды на девушку, но, увы, больших изменений в ее состоянии заметить не мог, и так было до тех пор, пока мы не зашли под сень деревьев. Лес произвел ошеломляющий эффект. Едва только мы пересекли его границу, как дыхание дриады выровнялось, а кожа начала наливаться красками. Желая закрепить этот эффект, я вновь приложил к губам девушки флягу с водой и на этот раз добился нескольких глубоких глотков, сменившихся кашлем. Тут же помог дриаде принять сидячее положение, и в этот момент она раскрыла глаза.