— Давай, — я согласно кивнул, наблюдая, как Лазарь Селивестович поднимает автомат и прицеливается в мерзкую тушу.

Ваня выдернул из кобуры пистолет, который показался смешной игрушкой против такого монстра, но выбора не было — никакими боевыми заклинаниями он пока не владел. Это было упущение, которое нужно будет срочно исправить по возвращению на базу. Сам же приготовился поджарить монстра огнем шаровой молнии.

— Три… два… давай!

Черномор резко взмахнул рукой, выпустив в потолок ледяную бурю. Острые кристаллы вонзились в слизкую кожу чудища, и оно взревело. Ваня выстрелил. Раз. Другой. Третий. А Фролов щедро всадил в тушу длинную очередь, прямо в центр чудовища, туда, где, как ему показалось, должна быть его голова.

Тварь взвыла от боли, её тело затряслось в конвульсиях, но нити, опутывающие Тома, лишь сильнее впились в его плоть. Бомбадил выгнулся, его крик слился с рёвом монстра в один жуткий, леденящий душу звук.

«Чёрт, оно сейчас точно его убьёт!» — мелькнуло у меня в голове, но отступать было уже поздно.

Я выбросил вперёд руки, выпустив шаровую молнию. Ослепительно-белый шар с шипением пронзил воздух и ударил в скользкую массу. Огонь пожирал слизь, заставляя кожу твари обугливаться и трескаться. В воздухе запахло гарью и чем-то отвратительным, будто гниющим мясом.

— А! Не нравится? — прошипел Черномор, тут же посылая новый виток ледяных шипов.

Но существо тоже не собиралось сдаваться. Оно резко дёрнулось, и одна из его щупалец, оторвавшись от потолка, метнулась вниз, словно пастуший кнут. Фролов едва успел отпрыгнуть — липкий отросток просвистел буквально в сантиметре от его лица.

— Берегись! — закричал Ваня, но опоздал — второе щупальце ударило его в грудь, сбив с ног. Он рухнул на каменный пол, а пистолет выскользнул из пальцев и, подскакивая, откатился во тьму.

— Ваня! — Я рванулся к нему, но едва успел сделать два шага, как почувствовал — что-то холодное и цепкое обвилось вокруг моей лодыжки. Щупальце дёрнуло, и я полетел вниз, ударившись затылком о камни. В глазах помутнело, но сквозь пелену я увидел, как тварь, оставив на мгновение Тома, развернулась в нашу сторону.

Её морда раскрылось, как гниющая рана, обнажая ряды тонких, игольчатых зубов. Тварь зашипела и резко спрыгнула с потолка, стараясь приземлиться как можно ближе ко мне. И я понял, что это, возможно, наш единственный шанс.

— Черномор! — заорал я, изо всех сил пытаясь выдернуть ногу из опутавшего меня щупальца. — Бей в открытую харю! Бей, чем можешь! — И сам запустил очередным плазменным шаром прямо ей в распахнутую глотку.