Фролов, скрестив руки на груди, рассеянно постукивал пальцем по локтю. А вообще, он молодец — это его первая магическая схватка, в которой он повел себя вполне достойно.

— И что теперь, товарищ Чума? — спросил Ваня. Его взгляд метался между телом товарища и темным провалом коридора. — Идём дальше?

— А куда деваться? — буркнул Фролов. — Не можем же мы бросить всё и трусливо сбежать?

— Идти дальше сейчас — самоубийство, — резко сказал я, разрывая затянувшуюся паузу. — Том серьезно ранен и, хотя печать стабилизировала его состояние, он всё ещё слаб и нуждается в восстановлении сил. Кроме того, мы все на пределе и измотаны после схватки с тварью.

— Действительно! — встал на мою сторону Ваня. — А если там ещё одна такая же гадость, или хуже?

Фролов хотел что-то возразить, но замолчал, сжав кулаки. Его пальцы дрожали — не от страха, а от адреналина, который ещё не успел выветриться из его крови.

— Магия «сети» ничего не показала, но это не значит, что дальше безопасно. Эти твари умеют прятаться, — продолжил я, вытирая пот со лба. — Мы слишком шумели. Если там кто-то есть — он уже знает, что мы здесь.

— Тогда что? — буркнул Фролов. — Ждать, пока Том оклемается?

— Не только… — Я сделал паузу. — Я хочу раскинуть внутри могильника более мощную «сеть», которая будет реагировать на мельчайшие изменения эфира…

— Но товарищ Сталин ждет… — Фролов заскрипел зубами.

— Ничего, подождёт! — резко пресёк я поползновения капитана госбезопасности. — Я — руководитель! И вся ответственность только на мне… — Я случайно перевёл взгляд на мёртвую тварь. — Чёрт! — вырвалось у меня непроизвольно.

Её ввалившиеся глаза, казалось, смотрели прямо на меня. И я вдруг понял, что это не её взгляд… Её глазами на меня смотрел кто-то другой. И я, кажется, догадываюсь, кто бы это мог быть. Кто пришёл проверить, как мы пережили схватку с очередной его тварью — порождением Хаоса.

Продолжающие мерцать электрические лампы неожиданно начали взрываться одна за другой, а стены задрожали. Я почувствовал, как что-то пытается уцепиться за мои мысли, впивается в сознание, пытаясь пролезть внутрь. Голоса шептали мне что-то на языке, которого я никогда не знал, но понимал каждое слово.

— Откройся нам, ведьмак… — настойчиво шептали голоса.— Впусти нас, слейся с нами, и ты поймёшь, сколько ты потерял…

— Да иди ты на х. й, Раав! — В очередной раз послал я демона по известному адресу, особо не миндальничая. —И Мать Змеиху лучше верни! — подумав, добавил я, раз уж случай представился.

— Это не конец, ведьмак! — раздраженно прошелестели голоса.— Это только начало!