Последнюю сразу можно было исключать. Если я правильно все понимал, от группировки Карыча осталось одно название, и сам он в порту не появится. Хотя… Там могут быть люди, которые "подскажут", где еще его можно отыскать.

Некоторое время, я покатал эту мысль в голове, но все же отложил на третье место по важности. Не стоит туда идти прямо сейчас, попадусь еще на глаза "старым" знакомым, они меня срисуют, а я даже вспомнить их не смогу. Значит, кафешка?

Тоже, кстати, не факт. В таких местах люди появляются ближе к вечеру, днем они пустуют. А у нас день в самом разгаре и что-то я сомневаюсь, что Кареев отправиться в "Мишку", чтобы заливать свои печали пивом. А вот домашний адрес… Его бы я поставил на первое место по важности.

Рассуждая логически — вот я злодей, который недавно получил на орехи от своего бывшего подручного. Куда я пойду? Зализывать раны, домой. Может выпью, может соберу своих присных, чтобы порешать, как дальше жить и что делать с дерзким Витенькой, который Шустрого грохнул.

Поэтому, правильнее было бы немного последить за его домом, собрать информацию на улице — не думаю, что бабушки у подъездов в двадцать первом веке исчезли, как класс. Сам видел несколько групп, когда с немками прогуливался.

А потом, когда данных будет достаточно — навестить Карыча. Этом может показаться самонадеянным, но бывший уголовник меня боится. Я однажды его напугал, превратившись в зеленую груду мышц, а второй раз — отлупил монтировкой без всяких сверхспособностей.

В любом случае, если мне удастся его застать дома, он попытается договориться. И там уж из него выжать информацию про сыворотку, с которой уже можно будет идти в милицию.

Да, это похоже на план.

Вот только, прежде чем приступить к его реализации, я услышал звонкий девичий голосок.

— Ой, ребята, смотрите! Кажется, это парень с ориентировки! Только у него прическа другая…

Не поворачивая головы, иначе говорившая сразу же поймет, что не ошиблась в своем предположении, я скосил глаза вправо и разглядел троицу молодых людей, стоящих от меня метрах в десяти. Двое парней — белые рубашка, свободного кроя штаны и красные повязки на предплечьях.

Третьей была девушка, вчерашняя девчонка — лет шестнадцать-семнадцать. Простое летнее платье, тугая коса до середины спины, остроносое личико. Сейчас оно сделалось смущенным, потому, как товарищи шепотом выговаривали ей, что нельзя так кричать и пальцами в людей тыкать. А еще о том, что искать объявленных в розыск преступников — не их задача.

— Мы за общественным порядком следим, Маша. Не будь дурой. — раздраженно шипел один из них, широкоплечий крепыш.