— Дневник Бюссо на самом деле украла ты, — сказала Тася.

— Удивительная вещь, — Ольга улыбнулась. — Я наткнулась на него, когда пребывала в абсолютном отчаянии. С момента смерти Павла прошло уже два года, а я все еще проживала утрату так, словно его не стало вчера. Боль была все такой же острой. Друзья и родители не понимали, как можно так долго скорбеть. Их тяготило мое уныние. Даже мой психотерапевт на нашей последней сессии сказал, что я сама цепляюсь за страдания. Что это мой осознанный выбор. Такая чушь! — Пистолет в ее руке опасно качнулся, и Тася испуганно отступила. — Никто меня не понимал, но я отчаянно нуждалась в сочувствии, которое мог дать лишь тот, кто испытал такую же боль.

Я знала, что после смерти брата Петр оборвал все прежние связи и уехал в глушь, восстанавливать какой-то старый заброшенный дом. Его родители дали мне адрес, и я, не раздумывая, приехала сюда. Однако довольно скоро стало понятно, что пускай Петруша, так же как и я, не оправился после смерти Пашки, впускать меня в свою душу он не намерен. Он предпочитал превращать свою боль в физический труд, тогда как я нуждалась в разговоре. Мне нужно было, чтобы со мной просто кто-то поговорил! И без этих дурацких фраз вроде: «все пройдет», «время лечит», а по-настоящему, чтобы кто-то сказал: «Я тебя понимаю»! Но Петя молчал. И мне не оставалось ничего иного, как последовать его примеру — направить свою боль в другое русло. Я начала помогать ему восстанавливать усадьбу, рылась в архивах, отыскивая старые фотографии, читая воспоминания и немногочисленные сохранившиеся письма. И тут мне открылась тайна этого удивительного места! Я прочитала про смерть Владимира и внезапно осознала, что был человек, который чувствовал то же, что и я! Анна Бюссо потеряла своего возлюбленного дважды: в тот день, когда он бросил ее, объявив, что вынужден жениться на другой, а второй раз, когда роковой выстрел оборвал его жизнь.

— Но ведь именно она нажала на спусковой крючок! — Тася заметила, как Петр сделал едва заметный шаг в сторону, и постаралась отвлечь внимание Ольги на себя.

— А что ей оставалось? — Ольга стерла рукой бегущие по щекам слезы. — Он обещал ей счастливую совместную жизнь и бросил, когда на горизонте появилась молоденькая девчонка из приличной семьи. Я прочитала ее дневник, и ты даже представить себе не можешь, сколько в нем боли, разочарования и несбывшихся надежд! Владимир говорил, что ему безразлично ее прошлое, но оказалось, что мнение общества для него все же важнее чувств той, которой он ночами клялся в вечной любви.