— Увы, — Неонила снова устремила взгляд на видневшийся вдалеке остров. — Я понимаю ее боль и сожалею о том, что не смогла помочь ей найти путь к спасению раньше.
— Кто вы? Вы называете себя Неонилой так же, как называла себя Анастасия Сафонова, невеста Владимира Баргина. Вам известна правда о его смерти, о проклятом зеркале и обо всех убийствах, совершенных в усадьбе. Вы появляетесь словно из ниоткуда, ничего толком не рассказываете и не объясняете, но я уверена, что в этой истории вы не просто наблюдатель.
— За долгие годы я уже и забыла, кто на самом деле, — Неонила снова посмотрела на Тасю своими прозрачными глазами. — Знаю лишь то, что должна помочь тем, кто заблудился, найти дорогу к свету. К сожалению, мой голос готов услышать не каждый. Для кого-то манкие речи Бюссо звучали громче и настойчивее, но нашлись и те, кто все же ответил на мой зов.
— И что будет дальше? Зеркало уничтожено или рано или поздно все повторится опять?
— Все закончилось, — Неонила слабо улыбнулась. — Вам нужно оставить прошлое позади и двигаться вперед, как бы тяжело вам это ни казалось. Помните, что жизнь — самое ценное, что у вас есть, не тратьте ее на сожаления и мысли о том, чего уже нельзя изменить.
К горлу подступил комок, а глаза защипало. Сквозь пелену слез Тася наблюдала за тем, как Неонилла садится в лодку и отчаливает от берега. Стелящийся над озером туман принимал в свои объятия призрачный силуэт женщины, бесшумно скользящей по водной глади. Прорезавший облака солнечный луч напоследок осветил сидящую в лодке Неонилу, и на мгновение Тасе показалось, что рядом с ней она видит улыбающегося темноволосого мужчину. Тася повернулась к Петру, чтобы спросить, видит ли он то же самое, но когда снова взглянула на озеро, то увидела лишь плотную стену тумана.
Эпилог
— Она ни капли его не любила, — Тася стояла посреди темной столовой, наблюдая за тем, как Петр закрывает ставни высоких окон. Вся мебель была уже затянута белыми чехлами. Посуда, еще совсем недавно расставленная в буфетах, сложена в картонные коробки с маркировкой «Хрупкое».
Вскоре после пожара, когда остатки флигеля снесли, а мусор вывезли на свалку, Петр выставил усадьбу на продажу, и, к его огромному удивлению почти сразу нашелся покупатель. Какой-то молодой бизнесмен подыскивал для своей семьи загородный дом, и его жена пришла в полный восторг от мысли, что они будут жить не в типовом современном коттедже, а в самой настоящей старинной усадьбе. Ее не волновало ни давнее прошлое этого места, ни недавние трагические события, значение имело лишь то, что ни у кого из ее подружек собственной усадьбы еще не было.