На ней даже появилась одежда, правда, чисто символическая. Спортивные шортики, топ и белые кроссовки.

— Эпохой ошиблась, — буркнул Магистр.

— Нужно что-то более пуританское?

— По местным стандартам ты все равно что голая.

— Разве это не прелестно? — она придвинулась ближе и обняла Магистра за талию. — Не хочешь вспомнить прошлое и немного пошалить?

— Может, позже, — сказал Магистр. — Кто тебя призвал?

— Он, — ее указательный палец с идеальной формы ногтем, покрытым ярко-красным лаком, ткнул в сторону укрытого защитным барьером человека. — Кстати, мы с ним будем что-нибудь делать?

— Значит, если мы его убьем, ты будешь свободна?

— Я и так свободна. Он не успел приступить к ритуалу связывания. Чертов дилетант.

— Тогда почему ты еще здесь?

— Когда ты пришел, я пыталась добраться до него, чтобы показать, насколько опасной может быть демонология, — сказала Шикла. — Ну, а потом… ты пришел, и мне стало любопытно.

Ощущая себя участником то ли дешевого водевиля, а то ли дурацкого розыгрыша, Магистр повернулся лицом к барьеру и помахал спрятавшемуся за ним человеку рукой.

— Ты меня слышишь? — поинтересовался он. Подобные защитные чары прохождению звуков не препятствовали, но Магистр все равно хотел убедиться, что призыватель не оглох от страха.

Судя по ответному кивку, не оглох.

— Только не говори мне, что ты и есть губернатор.

Повторный кивок.

— Назначенный волей его императорского величества губернатор Веревкин-Задорожный Федор Борисович к вашим услугам, — проговорил он. — А вы, я так понимаю, повелитель ада?

— Нет, я — повелитель хаоса, — сказал Магистр.

Сходство было поразительное. Убери у губернатора бороду, бакенбарды и отпечатавшееся на лице высокое происхождение и тут же получишь одного небезызвестного выскочку-архимага. Как он там просил себя именовать?

— И как же ты докатился до жизни такой, Федор Борисович? — поинтересовался Магистр, протыкая силовой барьер пальцем. Чары лопнули, как мыльный пузырь, только без брызг. Шикла довольно оскалилась и сделала шаг вперед. — Постой. Пусть сначала объяснит, чего ему в губернаторской жизни не хватало, что он оккультизмом принялся баловаться.

— Эк…эксперимент, — объяснил Веревкин-Задорожный. Увидев, что Магистр готов с ним разговаривать, губернатор чуть осмелел. — Правильно ли я понимаю, о повелитель хаоса, что вы явились сюда, чтобы остановить ваших слуг и заключить со мной сделку?

— И чего бы ты хотел, смертный? — поинтересовался Магистр исключительно из академического интереса. — Денег, власти?

— Ее, — выпалил Федор Борисович, указывая на Шиклу. — В вечное пользование. Чтобы беспрекословно мне подчинялась и все мои приказания выполняла.