— Дадим ему еще время, — сказал Магистр.
— Значит, вы ничего не можете сделать? — спросила Катерина. — Вы же демоны… Если для спасения этого достойного человека вам нужна моя душа…
— Ценю ваш порыв, мадемуазель, но мы не такие демоны, — сказал Магистр. — И если бы тут можно было что-то сделать, я бы сделал это и без платы.
Брат Виталий открыл глаза и уставился на Магистра.
— Пообещай мне, — прохрипел он.
— Что именно пообещать?
— Убей его, — сказал брат Виталий. — Убей проклятого бритта. Где встретишь его, там его и убей.
— Как-то это не по-христиански, — сказал Магистр.
— Мне всегда больше нравился Ветхий Завет, — сказал брат Виталий. — Там, где про око за око и зуб за зуб, а не про другую щеку…
— Ну, хоть в этом мы с тобой совпадаем, — сказал Магистр.
— Тогда дай слово, — сказал брат Виталий. — Дай слово, что убьешь его, как дал слово Андрею, что спасешь его сестру.
— Ты просишь меня о многом, — сказал Магистр. — Видишь ли, я очень серьезно отношусь к своему слову, а обстоятельства…
— Пообещай мне, — снова прохрипел брат Виталий. — Это моя предсмертная просьба.
— Я пообещаю, если ты глотнешь еще лекарства, — сказал Магистр. Может быть, Шикла права, и они действительно влили недостаточно. А если монах выживет, то его предсмертную просьбу можно будет и не выполнять.
— Хорошо…
— Даю слово, что я его убью, — сказал Магистр. — А теперь пей.
— Нет, — сказал брат Виталий. — Конкретизируй, демон.
— Экие монахи пошли недоверчивые, — буркнул Магистр. — Обещаю, что выполню твою предсмертную просьбу и убью герцога Эссекского, лорда Бордена или как он там еще себя называет.
— Теперь я могу умереть спокойно, — брат Виталий закрыл глаза, и на лицо его опустилась гримаса умиротворения.
— Не так быстро, — попросил Магистр, поднося бутылку с эликсиром к его губам. — Пей. Ты обещал.
— Да, — сказала Шикла. — Мы не те демоны, которые дают умереть спокойно.
— Хрен с вами, — сказал брат Виталий и сделал глоток.
Для верности Магистр перевернул монаха на бок и полил целебным эликсиром его рану.
Глава 16
Ночью они похоронили брата Виталия в подмосковном лесу.
Магистр за пару часов выкопал могилу найденной в инвентаре зазубренной киркой, они аккуратно уложили тело монаха на дно ямы, завернув его в дорожные плащи, и Магистр наскоро забросал все землей.
— Кто-нибудь хочет что-нибудь сказать? — поинтересовался он.
— Я его совсем не знала, — сказала Катерина.
— Для монаха он оказался вполне приличным человеком, — сказала Шикла.
— Что ж, он умер своей последней смертью, — сказал Магистр. — Надеюсь, там, где он окажется, он обретет то, что ему нужно.