Шелестову не пришлось много объяснять — каждый из оперативников хорошо понимал сложившуюся ситуацию, каждый имел немалый боевой опыт. Стоило только Максиму бросить взгляд на пригорок, возле которого остановилась машина, как Буторин и Коган понимающе кивнули и побежали вверх, лавируя среди сухих кустов и выпирающих, выбеленных солнцем камней. Чекмареву Шелестов велел занять позицию между машиной и бугорком, а сам вместе с Сосновским отошел влево. Здесь, среди молодых осинок на краю овражка, они могли выиграть время, неожиданно атаковав врага с фланга. Вчетвером удержать взвод автоматчиков — дело безнадежное, но если правильно распределить силы и устроить оборону с сильно пересекающимися секторами обстрела, то кое-что может получиться. Единственная надежда была на то, что диверсанты не захотят принимать долгий стрелковый бой. На звук стрельбы может прибыть любая проходящая мимо воинская часть, а это для немцев гибель. Где-то в глубине души мелькнула надежда, что следом пылит колонна советского подразделения и все обойдется.

Не обошлось! Мощный ЗИС вывернул из-за поворота, и диверсанты сразу увидели стоявшую поперек дороги пустую полуторку. Может быть, командир диверсионной группы сразу узнал ту самую машину, на которой ему встретились у колодца советские майоры, а может, он сразу оценил, как стоит машина, перекрывая ему дорогу, и соотнес это с шумом, который он устроил на посту регулировки возле зенитной батареи. Немцы не стали долго размышлять, и ЗИС, взревев мотором, понесся вперед, явно намереваясь обогнуть пустой грузовик по сухому кустарнику. Одновременно несколько автоматчиком из кузова открыли огонь по полуторке.

Шелестов, лежа среди сухой высокой травы между осинками, повел стволом. В голове мелькнула и тут же исчезла грустная мысль, что, кажется, сейчас группа осталась без машины. Для посторонних мыслей не осталось ни времени, ни места в голове. Шелестов нажал на спусковой крючок и не столько услышал, сколько почувствовал, как пули его автомата прошивают металл кабины ЗИСа, как разлетается на осколки лобовое стекло. Главное было убить водителя.

Сосновский лежал в кустарнике в восьми метрах левее Шелестова и ждал первых выстрелов командира. Он видел, как несколько диверсантов, выставив автоматы над кабиной ЗИСа, стреляли по их пустой полуторке, явно намереваясь проскочить опасный участок пути. Он увидел, как пули Шелестова изрешетили кабину, как с залитым кровью лицом откинулся на спинку сиденья шофер ЗИСа. И тогда Михаил тоже стал стрелять короткими очередями по кузову, стараясь поразить прежде всего диверсантов в задней части кузова. Главное было создать первое впечатление, что огонь по машине диверсантов ведется со всех сторон одновременно. Пусть поймут, что это засада, и пусть запаникуют, растеряются. Главное, остановить их здесь и сейчас!