и прислонилась к Пашиному плечу; он обнял девушку и прижал к себе покрепче. — Чего больше всего хочется? — Навестить Григория в «Семи гномах», — мечтательно проговорила Кира и даже прикрыла глаза, представляя чудесную кухню этого замечательного человека. Паша снова рассмеялся. — Это желание каждого из нас, уж поверь! — Где аншуманцев размещать? Это ведь проблема, да? Они не просто беженцы… — Решим. Поговорю с Никодимом. О них пока никто не знает, может, и не будет. Жили же они как-то у нас под носом незамеченные, — у Паши с Васьком план был, но требовалось участие их начальника. Может, то, что они с другом обсуждали, срастётся, и тогда всех можно будет устроить без проблем. — Как думаешь, — голос Киры посерьёзнел, — Костя захочет на Землю? Есть шанс его уговорить? — Простила? — спросил Паша. — Поняла. Одному против императора открыто выступать опасно. Тем более он в него верил. Я ведь и сама оказалась в сетях этого обмана. Но ведь Костя пытался помочь… — Именно он пришёл к нам с просьбой тебя спасти. Хотя мы и так уже готовили твой побег. Может, Косте и незнакомы родственные чувства так, как они знакомы нам, но твоя судьба ему не безразлична. Ты правильно поступаешь, Кира. И он знает, что завтра мы уйдём. Я говорил ему. — Значит, если захочет, то придёт, так? — Кира с надеждой посмотрела на Пашу. Как ни крути, но, мечтая всю жизнь обрести семью, брату она была рада. Вдруг бы и они со временем подружились? — Он придёт, Кира. Я не уверен, что останется, но придёт хотя бы для того, чтобы попрощаться и убедиться, что с тобой всё в порядке. Пойдём? Васёк там один за сборами следит, надо ему помочь! Васёк в это время отбирал у Петровича какой-то небольшой прибор, который тот усердно впихивал в свой рюкзак. Вцепившись с двух сторон в предмет правильной шестиугольной формы, сверкающий, как лампа Алладина, каждый из них тянул его на себя. Васёк играючи, а Петрович прилагая усилия. Лицо его было перекошено от напряжения, волосы взъерошены. Петрович тяжело пыхтел, проигрывал в этой схватке, но из рук прибор не выпускал. За этим противостоянием наблюдали Мирта и Аси, приоткрыв рты от удивления. — Не пытайся, Петрович! Я же сказал, никаких приблуд Аншумана к нам домой не попадёт! — Васёк злорадно скалился и вещицу держал крепко! — Да что бы ты понимал, кусок медного купороса! Это же нужная вещь! — Да у тебя все наработки Аншумана — это нужная вещь! Прекращай, Серёга, не отдам! Предупреждал ведь, никто ничего не протащит! — сказал Васёк, вырывая наконец из рук Петровича