Каллум резко втянул воздух и мертвой хваткой вцепился в край столешницы, когда моя грудь случайно коснулась его голой спины. Под тонким бра и этим идиотским купальником мои соски мгновенно затвердели. Я до боли прикусила щеку, чтобы не застонать от этого мимолетного трения.
Держи себя в руках, Ларк.
– Приятно… – пробормотал он, пока я подушечками пальцев мягко массировала его голову. Боже, чувствовать, как он расслабляется… Если вовремя не остановлюсь, потеряюсь.
– Ты как?
– Ты меня до смерти напугал.
Он вслепую потянулся назад и сжал мое предплечье, поглаживая большим пальцем кожу, ставшую невыносимо чувствительной. Я представила, как он касается моих затвердевших сосков. Склоняется к ним своим вечно ироничным нежным ртом. Когда кто-то моет тебе голову, это всегда интимный момент, но беззащитной чувствовала себя почему-то именно я. Я выключила кран и вытерла брызги со столешницы. Травма стала жестоким напоминанием: я могу потерять его в любую секунду. Эта мысль одновременно парализовала и заставляла проживать каждое мгновение на полную катушку.
Каллум развернулся, чтобы сесть на стуле нормально, и я наконец смогла рассмотреть его подтянутое тело. Если честно, я долго гадала, что скрывается под этими черными костюмами и уютными свитерами, и сейчас позволила себе насладиться зрелищем. Волосы на груди и соблазнительная дорожка, уходящая вниз, стали центром моего притяжения. Когда я все-таки посмотрела Каллуму в лицо, то поняла, что он тоже изучает меня, задержавшись на груди. Я почти самовозгорелась. Значит… он тоже это почувствовал.
Включайте заставку «МорнХаб».
Я полотенцем взъерошила ему волосы. Каллум обнял меня за талию. Не похоже на дружеские обнимашки. Совсем не похоже.
– Прости, что свалился тебе под ноги как Шалтай-Болтай. Хотел устроить тебе особенный день рождения.
– Ты сделал лучший сюрприз. Никогда его не забуду.
– Значит, все не зря.
Его шепот отозвался в самом сердце. Каллум прислонился подбородком к моей груди и посмотрел снизу вверх. Полотенце все еще лежало у него на плечах, а по вискам сбегали дорожки воды. Пока он прижимал меня к себе, в воздухе между нами буквально летели искры. Ощущение напоминало экстремальный аттракцион, когда стоишь на вершине «башни падения» и на секунду замираешь в пустоте, приготовившись к неизбежному прыжку.
А Каллум помнил, что произошло? Или удар все стер? Если память ему изменила, я могу сделать вид, что ничего и не было, но это некрасиво и нечестно. На его месте я бы точно хотела знать правду. Но я бы чувствовала себя обманутой, услышав обо всем с чужих слов, но не испытав того чувственного напряжения, когда вы впервые переходите черту. Как ни крути, лучше всего просто жить дальше, будто ничего не случилось. Все равно у нас ничего не выйдет. Последние недели он только и делал, что бегал по свиданиям в отчаянной попытке найти жену и спасти «Уиллоу Хэйвен». Я не должна ему мешать. И не собиралась. К тому же я не могла выйти за него замуж. После того как я потеряла Риза, я не имею права относиться к брачным клятвам легкомысленно.