— Я делал первые успешные шаги в спортивной карьере, тренер возлагал на меня большие надежды, я тоже строил планы. Мне предстояло выступление на очень престижном соревновании, после которого я должен был войти в сборную Соединенных штатов по горным лыжам и получить лицензию для выступления на Олимпийских играх. Для этого мне было необходимо попасть в пятерку призеров. Но я хотел не просто войти в сборную, мне очень хотелось стать первым. Только сейчас я понимаю, что просто хотел доказать Рэй…

Мужчина осекся и нахмурился. Вспоминать эту историю не хотелось, но он понимал, что им необходимо объясниться сейчас.

— Впрочем, теперь это не важно. У меня был друг, он же мой соперник. Мой заклятый друг, — невесело усмехнулся Дэниал, скрестив руки на груди. Эви подавила в себе порыв успокаивающе погладить его по руке, понимая, что ему не нужна жалость. — Он всегда обходил меня, сотые доли проклятых секунд, но он был впереди. И в тот день я решил рискнуть. Там на трассе был такой же небольшой трамплин, скорее небольшая укатанная горка снега. Ну, ты понимаешь, — он внимательно посмотрел на девушку, дожидаясь утвердительного кивка.

— И я… рискнул. Только менее удачно, чем ты. Вот и все…

Нет, не все, и Эви это понимала. Она не торопила его, видя, что ему сложно вспоминать то время.

— Я вылетел с трассы и сильно ударился о защитное ограждение, — горько усмехнулся Дэниал, заметив проступившие на лице девушки эмоции, — очнулся уже в больнице на жесткой койке, а врачи не просто запретили мне вставать, но и сказали, что я вряд ли смогу ходить. Перелом позвоночника. Меня списали, понимаешь? Моя жена ушла к моему другу, к тому самому, с кем я соперничал. Но самое смешное, знаешь что⁈ Его жена выхаживала меня несколько месяцев. Она не отходила от меня ни на шаг. Мы даже сюда прилетели вместе. Самое тяжелое в жизни, Эви, узнать, что тебя предали самые близкие.

— Дэнни, — Эви потянулась ладонью к его щеке, но он перехватил ее за запястье, не дав коснуться.

— Нет, не жалей меня, не надо, — резко произнес мужчина, вставая и отходя к окну. — Не для того я рассказывал тебе об этом.

Она осталась сидеть одна на жесткой табуретке, как нахохлившийся воробышек на ветру. Эви закусила губу, понимая, что допустила оплошность — он сильный, независимый мужчина и, конечно, ему тяжело было ощущать себя слабым и беспомощным, особенно принимая помощь от женщины, жены бывшего друга.

Не зная, что сделать, чтобы не усугубить ситуацию, она тихонько встала и подошла к нему. Дэниал отрешенно смотрел в окно, и, казалось, даже не слышал ее легких шагов. Он неожиданно вздрогнул, когда его обнаженной спины коснулись теплые девичьи губы, а руками она робко обняла его за талию. Эви прижалась щекой к его спине и замерла, ожидая, что он сейчас оттолкнет ее и уйдет. Но Дэниал просто развернулся к ней лицом и прижал ее к себе сильнее, положив подбородок на ее макушку. Они замерли в объятиях друг друга и простояли бы вечность, но Эви хотела прояснить ситуацию раз и навсегда. Чтобы больше не возвращаться к этому вопросу.