посиделок, я учила вопросы по ТГП. Сегодня уже чувствую себя увереннее.
На паре даже отвечаю. Правда не одна. Многие за это время успели подтянуть свои знания. В
том числе ненавистный мной Грек, но мне плевать, честно. Отныне визуально я на релаксе.
На предпоследней паре мне вдруг приходит заявка в друзья, и я долго пялюсь на экран,
пытаясь переварить, потому что в друзья долбится Некрасов.
«Привет. Мир сказал про коробку. Мы за. Насчёт прошлого раза, я хотел извиниться перед
тобой. Можно по-нормальному? Мне реально стрёмно, что так вышло. И я рад, что ты рассталась
с тем придурком».
Удивительно, как бывает… Ещё вчера я его ненавидела. А сегодня радуюсь, что хоть кто-то
оказывает мне моральную поддержку в личной битве с Назаром. Я радуюсь, что кто-то ещё
называет его придурком. Это уже ненормально, конечно, но я всё равно принимаю заявку и
отвечаю.
«Всё нормально. Коробка и впрямь намного лучше. Как стадик. По поводу того случая, я не
хочу говорить… Забыли».
«Поговорим?».
«Я не люблю в сети общаться в целом. Дело не в тебе».
«Давай заеду за тобой?».
«Что? Нет. Не надо».
«Почему? Я на колёсах. Ты в универе, как Мир объяснял. Я бы забрал».
Чувствую, что это плохая идея. Буквально отвратительная, ведь тогда не представляю, что за
война будет между нами с Назаром. Оборачиваюсь и вижу, как они с Федченко воркуют, словно он
никогда и не обзывал её. Будто никогда не было никаких разногласий… Словно лучшие друзья или
вовсе парочка. И меня всю скручивает пополам из-за этого. Я думаю… А чем я хуже? Почему ему
можно втыкать нож мне в сердце снова и снова, а мне нельзя?
Тут же утыкаюсь глазами обратно в телефон и начинаю набирать ответ.
«Ладно, давай… Я до пяти. Можешь пораньше приехать даже», – пишу сообщение Некрасову, и
сама не верю в то, что делаю. Всю жизнь мы с ним на иглах были. Буквально дрались даже… Но
это классе в шестом, конечно. После не было рукоприкладства. Только буллинг.
Психологический. Только я никак не поддавалась… Я с ним не на жизнь, а на смерть сралась,
если по правде. И тоже отжигала порой не на шутку.
А теперь…
Мне кажется, что я никогда не испытывала ничего сильнее, чем давление Назара на себя и свои
эмоции, раз я даже готова на то, чтобы объединиться с врагом, лишь бы в отместку ему
нагадить в душу точно так же, как он мне.
«Ок, приеду. 905».
Вздыхаю и смотрю в окно… Уже ноябрь. Холодает… Чувствую, что как только пойдёт снег, моя
душа вообще направится в анабиоз… До следующей весны… Потому что осень и те виды, что
запечатлелись в памяти ярким пятном теперь навсегда ассоциируются с Назаром. Как ни