Его взгляд - тяжелый, аналитический - скользил по мне. Он ждал истерики. Мольбы. Хотя бы дрожи в коленях. Но я была спокойна.
Я медленно подняла на него глаза, заставив себя встретить этот ледяной взгляд. Страх сжал горло тугой петлей, но я проглотила его, превратив в ком холодной ярости.
- Где Максим? - мой собственный голос прозвучал тихо, но четко, нарушая тишину.
Уголки его губ дрогнули в подобии улыбки - жест, лишенный всякой теплоты.
- Все еще думаешь не о себе, - протянул он с фальшивым, опасным удивлением. - Это даже… мило. И глупо до неприличия.
Он сделал один бесшумный шаг по ковру. Потом еще один. Дистанция между нами сократилась до опасной. Дима резко положил руку мне на затылок и с силой сжал волосы, запрокинув мне голову, заставив взгляд встретиться с его ледяным, почти черным от ярости зрачками. От боли я зашипела, с трудом удержав стон.
- Я бы на твоем месте, - его голос был низким, хриплым рычанием, обжигающим кожу, - думал не о нем. А о себе. И о том, что я с тобой собираюсь сделать.
Он притянул меня так близко, что я почувствовала каждый жесткий изгиб его тела, запах дорогих духов и неистовой, нерастраченной злобы. Боль в корнях волос пронзила острой иглой.
- Мне… больно, - выдавила я сквозь сжатые зубы.
Он рассмеялся - коротко, сухо
- Больно? - он наклонил голову, его взгляд стал пристальным, почти интимным.
- Оля, дорогая. Ты думала, я позволю тебе просто уйти? Думала, я буду просто смотреть со стороны, как ты отдаешься моему брату?
Его голос сорвался на опасную, хриплую ноту на последних словах. И в этом срыве, на миг, мелькнуло нечто помимо злобы - жгучая, неистовая обида. Ревность, грызущая его изнутри, оказалась куда страшнее простого гнева.
- Я предлагал тебе выбор, - прошептал он, и его губы, горячие и мягкие, в контрасте с жестокостью рук, почти коснулись моей кожи. Дыхание обжигало, слова падали, как раскаленные угли. - Ты могла стать моей любовницей. Исключительно моей. Жить в золотой клетке по своим правилам. Иметь всё, что пожелаешь. И даже иллюзию свободы. Он чуть отвел голову, чтобы видеть мою реакцию, его взгляд буравил меня, выжимая признание.
- Но ты выбрала его. Моего брата... Максима. И этим плюнула мне в душу. Теперь, - его пальцы в волосах сжались еще сильнее, заставляя меня зажмуриться, - теперь я заберу то, что должно было быть моим с самого начала.
Его другая рука скользнула с моей талии на спину, прижимая меня к себе с такой силой, что я ощутила всю его мощь. Взгляд скользнул по моим губам, дрожащим от смеси ярости и паники, по обнаженной ключице, вырвавшейся из порванного в борьбе ворота блузки. Я видела в его глазах расчетливую жестокость, намерение не просто взять, а сломать.